«Волос ангела»

Его помятая кепка долго мелькала то у лотков букинистов, то около уличного торговца пирожками с сомнительного свойства начинкой, прозванной студентами «ухо — горло — нос». В одном из небольших магазинчиков он сменил свою кепку на темно-серую шляпу «дипломат» и, видимо очень довольный обновой, зашел отметить это событие в дешевый ресторанчик.

Удобно расположившись за столиком, откушал суп и котлету, выпил стакан чаю с лимоном, немного поговорил о каких-то пустяках с обслуживавшим его официантом, расплатился и вышел.

Вскоре мужчина в шляпе «дипломат» уже гулял по Петровке, с интересом рассматривая витрины магазинов и оборачиваясь вслед проходившим мимо хорошеньким женщинам. С Петровки он через Столешников переулок вышел на Тверскую, смешавшись с толпой, спустился к Моховой, где нанял извозчика, велев ему ехать к Дорогомиловской заставе.

Откинувшись на спинку потертого сиденья извозчичьей пролетки, он внимательно разглядывал улицы, дома, людей, вывески. Несколько раз оглянулся назад.

У Дорогомиловской заставы он отпустил извозчика, дав ему на чай, подхватил свой саквояж, перекинул через плечо свернутое пальто и, весело насвистывая какой-то опереточный мотивчик, смело углубился в узкие улочки, где в густо зазеленевших кустах палисадников прятались бревенчатые домики окраины.

Побродив часа полтора по улочкам, мужчина в шляпе «дипломат» отыскал аккуратный домик под крашенной зеленой краской крышей. Решительно толкнул калитку, увернувшись от незлобивого затявкавшего лохматого пса, которому не хватило длины цепи, чтобы достать до ног незваного гостя, поднялся на крыльцо. Постучал.

Наблюдавший за ним пес еще раз лениво тявкнул и ушел в конуру. Дверь открыл худощавый мужчина в женском переднике, в руке у него был кухонный нож.

— Простите… — приподнял шляпу приезжий, — я по объявлению. Разрешите?

Хозяин дома молча посторонился, пропуская его на веранду. Закрыл дверь, обернулся.

— Извините, готовлю по-холостяцки… Вам сюда, прошу.

Он повел приезжего в глубь дома, оказавшегося весьма большим. Распахнул перед ним некрашеную дверь комнаты с окнами в сторону Москвы-реки. Вечернее солнце освещало большой диван, стол, покрытый белой, вышитой синими цветами скатертью, двухстворчатый платяной шкаф, пузатый комод с поставленной на него керосиновой лампой, венские стулья с гнутыми спинками.

— Комната хорошая, не сомневайтесь.

Приезжий прошел внутрь, посмотрел в окна, немного затененные листьями кустов сирени, открыл форточку, положил на диван пальто, рядом поставил саквояж.

— Пожалуй, остаюсь. Может быть, пригласите к столу? Там и потолкуем.

— Извольте, составьте компанию.