Желчный Ангел

В школу часто заглядывали тренеры из разных секций – подбирали себе детей. Теннисный корт находился неподалеку, а потому частым гостем на уроках физкультуры были «ракеточники».

– Да никого ты здесь не найдешь, – говорил физрук высокому мужику, – класс вялый, подготовка слабая.

– Не скажи, – отвечал тренер, – у меня глаз наметан. Вот семь лет назад пригласил Дину Кацман, казалось бы: узкие плечи, широкие бедра, попа тяжелая, росток небольшой, прямо тетя Груша – все против правил, – а гляди ж ты! Лучшая теннисистка города!

Что именно поразило в этих словах Адама, «тяжелая попа» или «лучшая теннисистка», – неизвестно, но он стал постоянно искать встречи с нестандартной девочкой. Поджидал из школы и, пока она с подружками шла до остановки автобуса, плелся сзади, рассматривая ее фигуру.

Ну да, плечи узковаты. Ну да, бедра внушительные, но зато походка!.. Она шла легко, невесомо, немного подпрыгивая, как теннисный мячик, и от этого казалось, что сине-белые кеды не касаются земли. В автобус, гармошкой отворивший двери, запрыгивала словно с трамплина, задевая ракеткой ворчащих теток и проталкиваясь вперед. Через окно Адам мог видеть ее ладошку, тщетно пытавшуюся ухватиться за верхний поручень. Это было трогательно и смешно: Дина до него не доставала. В школьном буфете она брала булочки с компотом и за соседним столом лопала их самозабвенно, откусывая громадными кусками. Ее щеки надувались шариками, как у хомяка, и ходили ходуном вокруг маленького веселого носа. На контрасте хрупкая утонченная подруга, сидевшая рядом, долго выковыривала пальчиком изюм, а затем, отрывая по крохотному кусочку, отправляла тесто в рот.

Адам чувствовал, что булочка Дины куда вкуснее остальных, что земля под ней тверже, воздух чище, солнце ярче, а трава зеленее. Ему тоже хотелось быть частью мира, такого избирательно счастливого в радиусе Дины и весьма невзрачного вокруг других.

Еще одним фактором в пользу малышки Кацман стала ее популярность в кругу бандитов из «дома сельского». Прямого отношения к братве Дина не имела. Ее семья была интеллигентной, инженерно-художественной, высоконравственной, выспренно-наивной. Папа разрабатывал проекты гидросооружений, мама учила детей рисованию. В этой же комнате, через фанерную перегородку с Кацманами, жили Бабоновы: прачка, сантехник и двое погодков-сыновей – Паша и Валера. Младший Валера к моменту совершеннолетия отсидел за разбой уже три года, старший Паша до сих пор чалился в колонии. Валера слыл местным паханом, в «доме сельского» курировал малолетнюю группировку и имел кликуху Бабуин. Несмотря на свои восемнадцать, учился в седьмом классе, ибо годы заключения и руководство бандой отвлекли его от образовательного процесса.