Ангел для Зверя

Наслаждаться. Насаживать на себя и стоны ее слушать, как самую лучшую музыку. Спермой ее полностью залить. Особенно внутри полностью заполнить, как бак в машине, до предела.

Она такая сладкая, такая красивая. Как я мог сдержаться? Нет, не мог.

Она для меня как красная ткань для разъяренного быка.

Я же даже слова ее не слышал. Все проходило между ушей. В голове одна лишь мысль была.

А ее у меня украли. Девочку мою.

Перед глазами круги, голос, зовущий на помощь, и мужской гогот.

Один? Или несколько?

Я даже подробностей не спрашивал. Как смогла пережить такое и не скатиться с катушек?

Оградил от возможной боли себя, а об Ангеле своем не подумал. Не подумал, какого ей было там… И здесь ей пришлось лечить меня, у кровати бессонные ночи проводить и в добавок терпеть мою тупость.

Мою настойчивость сдерживать. А я же напирал. Думал лишь о своих похотливых желаниях.

Значит, испугалась Кристина и снова убежала.

Только об этом и думал.

А пока трахал, насиловал, не думал. Ещё хотел. Было так узенько, так горячо и влажно… Да, влажно было. Но ее тело как мертвое. А я живую хочу.

Хочу повторения. До скрипа в зубах. Но понимаю, что беречь ее надо, искать другой подход.

Нежный, заботу ей надо показать. Переломить себя, но вернуть к себе.

Возможно, это эгоистично, но я и о ней думаю, хочу, чтобы приняла меня снова.

Я ей помогу. Найти надо беглянку вновь, в доме своём запереть. И заботиться. Понимаю, что тяжело будет."

"Пошатываясь, иду к окну, смотрю, что из двух тачек осталась одна и ментов со скорой уже нет.

— Рус, — выдергивает меня из мыслей голос.

Пытаюсь в себя прийти. Нужно в руки взять ситуацию. Пелена в голове никак не рассеется. Тяжело.

Как же, сука, тяжело!

— Где она? — хриплю я, спрашивая своего помощника в поисках.

— К сучке, дочке генеральской сбежала. На такси уехала.

К Кате поехала значит. В дом, где все началось. К подружке своей. И к мужикам ее, моим друзьям, которые ее в два ствола берут.

Сучка… Да... Мы, пока искали Кристину, обсудили это дело.

Парни, баб которых трахали два члена, даже за женщин не считают. Шлюхами.

Шмары, которые не смогли зуд в своей заднице сдержать.

Это же какой извращенкой надо быть, чтобы даже думать о таком? Таких можно потрахать, но не больше.

Зашквар даже в люди ее вывести.

Грязь. До тошноты не по себе.

Но друзья сделали, походу, свой выбор, и лезть к ним со своими нравоучениями я не стану.

Я раньше так же думал. Думал, что у бабы должен быть только один мужик на всю жизнь, а если нет, то нечистая она. Недостойная.

А теперь Кристина… Черт… Это другое. Другое, сука!

Она же не виновата. Я виноват, не она.

— Ты чего там?

Нужно решать эту ситуацию. Отпускать Кристину я не собирался.

— За входом следить, — говорю убитым голосом. — Не отпускать. Я еду.

Глава 27

Дурдом. Кристина, значит, смоталась к этой шлюшке.