Большой секрет Анаит

Я не люблю тебя, меня к тебе никогда не тянуло…

Его глаза мгновенно превратились в две щели, рот на секунду сжался в нитку, а потом он прошипел:

— Это без разницы, что не любишь. Ты просто видела во мне брата, но теперь, когда ты знаешь правду, это пройдет. И потом, куда тебе деваться? Ни кола у тебя, ни двора, ни мужика под боком другого. Я твой единственный вариант. Тебе либо со мной, либо в подворотню. Нормальные условия предлагаю, соглашайся Анаит! Стань моей!

— Извини… — все качала она головой.

— Тогда пошла вон из моей машины! — рявкнул он тем же голосом, каким на нее кричал сегодня отец.

Анаит передернуло.

— Мы в лесу, куда я тут… — тихо пробормотала она.

— Мне по боку, — процедил он. — Либо ты уедешь отсюда в качестве моей женщины, либо попрешься одна через лес к такой-то матери, ясно?

Она бросила на заляпанный грязью машинный коврик салфетку, смахнула со щеки слезу, дернула ручку двери.

Секунда, и вот Анаит уже снаружи, ощутила, как на нее с дерева закапала вода — на улице шел дождь. Впрочем, эта влага даже оказалась приятна — прохлада на горящие щеки и нос.

— Прощай, Багиш, — проговорила Анаит, когда он открыл окно и высунулся на улицу.

С этими словами она побежала в лес, подальше от дороги.

— Полчаса тебе на то, чтобы одуматься, иначе уезжаю! — крикнул Багиш ей вслед.

Анаит не слушала, бежала вперед, вытирая слезы. Природа плакала вместе с ней, орошала дождем зеленые кроны деревьев, горевала о сломанной жизни и потерянной любви.

Часть 2. Настоящая жизнь

Глава 31. Встреча с Димкой Соболем

Наше время

— Ани, милая, я тебя никуда не отпущу, — вдруг заявил Соболь.

Нагло так заявил, словно имел на Анаит какие-то права. Даже руки растопырил в разные стороны и пошел на нее, будто собирался поймать. Может, еще и обнять?

А дулю в ноздрюлю ему не нать?

Анаит столько из-за него пережила, а он теперь лез к ней с объятиями!

— Вконец обалдел?! — пропищала она не своим голосом.

Потом отпрыгнула назад, сдула со лба непослушную прядь. Вспомнила, что они вообще-то в офисе, в приемной, и за дверью кабинета полно народа. Стоит ей крикнуть, сюда тут же сбежится толпа сотрудников.

Анаит выдохнула, приосанилась, вспомнила, что она вообще-то больше не восемнадцатилетняя неуклюжая девчонка, а взрослая двадцативосьмилетняя женщина, секретарь со стажем. И с характером! Это так, на секундочку.

— Как вас там по батюшке? — с пренебрежением процедила Анаит. — Дмитрий Егорович?

— Он самый. — Его улыбка ничуть не потускнела.

— Попрошу соблюдать субординацию. Панибратство и тем более разного рода контакты у нас в компании строго под запретом. Поэтому называйте меня полным именем, пожалуйста. И не смейте пытаться меня обнять, вообще не прикасайтесь!

Дима опустил руки.