Анахрон

Длинные седые пряди, ниспадавшие на плечи, были прихвачены бисерным хайратником.

Удивительно, но хайратник папашу Валамира непостижимым образом благообразил. Смягчал свирепый облик старого вандала. Аттила ни в коем случае не выглядел ряженым. Будто всю жизнь носил на длинных изжелта–седых вандальских хаздьос бисерные хайратнички.

Перед аттилой стоял стакан чая в подстаканнике. В том самом, что остался от Аспида.

При виде Сигизмунда Валамир скупо улыбнулся, тяжело привстал и проговорил неожиданно звучным голосом:

— Дра–астис, Сигисмундс.

— Здравствуйте, Валамир… э–э… Гундамирович, — сказал Сигизмунд, усаживаясь напротив. От Вики он уже был наслышан о том, что аттилу произвел в свое время на свет некий Гундамир. — Ну, как здоровьице? Вижу, на поправку пошли? — И уже ощущая, как «едет с крыши снег», поднял голову: — Вика! Налей мне, душенька, чайку.

— Идиот, — отреагировала Вика. Но чаю налила. — Переполошил всех. Где тебя черти носили?

— Я Сегериха искал.

— Где ты его искал?

— В «Сайгоне»… Сахарок передай.

На кухне воцарилась тишина. Валамир Гундамирович смотрел на Сигизмунда с непроницаемым видом, Вика внутренне кипела. Слышно было, как звякает ложечка, которой Сигизмунд невозмутимо размешивает сахар.

Шумно ввалились Аська с Вавилой. Валамир медленно повернул голову, глянул на них. В его взгляде мелькнуло неодобрение. Впрочем, длилось это лишь мгновение. Потом аттила повернулся к Сигизмунду и сказал что–то длинное.

Вика, стоя у плиты, перевела:

— Во–первых, ублюдок, дед благодарит тебя за гостеприимство. В гробу я видела бы такое гостеприимство. Старик перепсиховал, чуть Богу душу не отдал… Во–вторых, он спрашивает, не встречал ли ты там, где побывал, человека по имени Сегерих… Что ж ты, сволочь, врал, будто Анахрон только в одну сторону работает?!

— Я такого не врал, — стараясь держаться с достоинством, ответил Сигизмунд.

— Я вообще не знаю, как он работает. Сто раз тебе говорил, дура.

В разговор бешено вклинилась Аська:

— Черствая ты, Виктория! Видела бы ты, каким мы Моржа нашли! Все, помирал! Отходил мужик! Уже судороги по всему телу шли, предсмертная зевота, и крышу напрочь сносит! Еще чуть–чуть — и…

— Йаа, йаа, — солидно подтверждал Вавила. — Ми говорит: ти, Сигизмундс, ест как тот уллюдок! Как… гепид! В натур! Йаа…

Валамир не обратил на эту тираду ни малейшего внимания. Опять заговорил с Сигизмундом, медленно и серьезно.

Вика сказала, дождавшись, пока старик отговорит:

— В общем, так, Морж. Давай–ка рассказывай, что там произошло. Этим мудозвонам Валамир не доверяет, хочет услышать всю байку из первых уст. И имей в виду: он пока что тебя, говнюка, вроде как уважает. Да, кстати.