Анахрон

 — Один офицер — старый большевик, между прочим, политкаторжанин, человек еще царской закалки, — после Анахрона застрелился. Выбрался на свет — и ба–бах себе в висок из табельного оружия!..

— Да ты что! — ужасалась Аська. — А ты один… и без всякой закалки, даже не политкаторжанин…

— В колодец так и подмывало броситься, — продолжал Сигизмунд. — Несколько раз лица видел. В темноте всплывали. Манили. Один раз деда встретил.

— Какого деда?

— Моего деда, Стрыйковского. Который над пианино висит. Знаешь, какая у него партийная кличка была? Аспид! Оборачиваюсь — а он стоит! Только ты об этом молчок!

— Он что, живой там стоял? Ну, перемещенный из времени?

— Хрен его знает, какой он там стоял.

Аська передернула плечами.

— Брр! Я вообще не представляю себе, как буду спать после этой прогулочки.

— А тебе, Анастасия, спать и не придется. Будешь старого вандала пестовать. Вон, опять разбушевался.

Аська озабоченно поморгала.

— Вавила болтает, что дед от пережитого умом тронулся. Мол, Валамир и раньше был умом некрепок… Вамба с Вавилой не согласен. Вамба говорит — надежда есть, оклемается батюшка. В общем, не знаю, кому и верить. — И добросердечная Аська пригорюнилась. — Слушай, Морженька, а вот скажи: много народу на эту штуку работало, на Анахрон?

— Много, — уверенно сказал Сигизмунд. — И все погибли. Кто облучился, кто так…

— Вот почему так выходит, Морж? Столько сил, столько денег, столько народу загубили — а получилось говно? Ведь всегда так получается! Как вбабахают всего — так говно! — Аська зло прищурилась. — Я большего дерьма, чем этот твой Анахрон, в жизни не видела! Я ведь пятнадцать суток еще при Совке сидела, за мелкое хулиганство. Так ведь даже и там такого говна не было! Слушай, может, взорвать Анахрон? Чтобы жилось спокойнее? — Тут Аська заметно оживилась. — У меня есть один знакомый пиротехник. Ему проставиться

— и готово! Взорвет все к херам!

— Анахрон взорвать, Анастасия, — взрывчатки не наберешься. Он же по всей стране, как метастазы.

— Жаль, — сказала Аська. — Я бы взорвала. Господи, мы так спокойно жили. Так все было хорошо. Размеренно.

Сигизмунд покосился на Аську и не выдержал — захохотал.

— Вот и хорошо, Моржик, — материнским тоном заметила Аська, — вот ты и развеселился. А что так рано вернулся? Плохо отдыхалось?

— Слушай, Анастасия, что там у тебя за лесопилка?

— Феньки делаем. Дидис не заходил?

— Заходил. Баксы просил продать, ублюдок.

— А ты продай, Морж, продай. Кстати, у мужика золотые руки. И ряха колоритная. Там полторговли на этой ряхе держится. Народ как его видит — так сразу кончает.

— Не светили бы вы его там.

— Что нам, теперь всю жизнь в подполье отсиживаться? Да у него все справки есть.