Анахрон

— Чтобы ты, Наталья, мосол у него отнимала. А он бы не отдавал. Игра такая,

— объяснил Сигизмунд.

— Перебьется, — сказала Наталья. — Ну, как поживаешь? Не захипповал тут на старости лет? Пацифик, смотрю, у тебя намалеван…

А, разглядела!

— Да я тут системных вписывал… Посидели, ПЛАНЫ построили… — Слово «планы» Сигизмунд нарочно выделил, чтобы до неискушенной Натальи — и то доперло.

До нее, впрочем, не доперло.

— Обои хорошие были, — сказала она с грустью. — Помнишь, мы их вместе клеили?

— Помню, — пригорюнился и Сигизмунд. — Как Ярополк?

— Надо же, не забыл! Да, есть такой — Ярополк. Сын твой. Бассейн бросить пришлось. Денег нет.

— У меня сейчас тоже нет. Нас тут обокрали… только моим не говори.

— Как обокрали? — вскинулась Наталья.

— Фирму обокрали. Компьютер, факс…

— Погоди. Ты в милицию заявлял?

— Заявлял.

— Ну и что они?

— Ищут.

— Нет, что они говорят?

— Ничего не говорят. Будем искать, говорят.

— Погоди, погоди… — Сигизмунд видел, что Наталья искренне обеспокоена. — Как они ищут? Улики есть?

— Отпечатки пальцев взяли.

— У кого?

— У меня.

Наталья резко отвернулась. Замолчала. Видать, рассердилась. Сигизмунд тихонько тронул ее за плечо.

— Нет, правда, у всех сотрудников брали. Чтобы потом отличить, где чужие, а где свои…

Некоторое время разговаривали о краже. Наталье было интересно. Под конец она сказала со вздохом:

— Был ты, Морж, дураком, дураком и помрешь…

— Чай будешь пить? — спросил Сигизмунд осторожно. Вроде бы, пока что между ним и бывшей супругой немедленного открытия военных действий не намечается.

— Пошли на кухню.

Кобель при этих словах немедленно снялся с места и побежал впереди. Пару раз обернулся, уточняя: туда ли направляются люди."

"Проходя по коридору, Наталья не удержалась — метнула взгляд на «светелку»:

— А твоя–то бесноватая — там сидит? Прячется?

— Нет. Нет ее здесь.

— А где?

— Понятия не имею.

— Что, разошлись?

Сигизмунд не ответил. Наталья посмотрела на него странно, но промолчала.

Пока Сигизмунд ставил чайник, Наталья прошлась по кухне. Заметила на подоконнике домотканину. Так и лежала с того дня, как Сигизмунд показывал ее Вике.

При Лантхильде в доме все–таки был порядок. Пусть своеобразный, но неукоснительный. А теперь, похоже, Сигизмунд начал опускаться…

— Ну и бардак же у тебя тут, — заметила Наталья. — Тряпку бы половую хоть убрал, чтобы не маячила.

— Не тряпка это. Это одежда. — Сигизмунд взял рубаху, развернул перед Натальей. — Смотри — вон ворот, вон рукава…

— Что, хипье оставило?

— Пиплица одна.

— Гляди, Сигизмунд, по городу сифилис гуляет.

— Без зонтика.

— А Ярополку как объяснить прикажешь? «Почему папа без носа?» — «Папа у нас сифилитик…»

— Да не сифилитик я.

— Пока. Ты, Сигизмунд, хоть в канале утопись, вольному воля.