Анахрон

Она в морге на Екатерининском… Запишите адрес…

— Она точно мертва?

— Я же ее здесь не вижу, — возмутилась женщина, уставшая от бесконечного потока чужого горя. — У меня здесь написано: неопознанная ж., ДТП, район канала Грибоедова… Завтра утром поезжайте на опознание… Да не убивайтесь вы так, может быть, это еще не она, всякое же бывает…

— Нет, — сказал Сигизмунд, — это она…

— Погодите, — вдруг сказала женщина, — тут есть особые приметы. У вашей девушки были особые приметы?

— Отсутствие прививок.

— На левой голени на наружной стороне — цветная татуировка, дракончик… Черно–красно–зеленый…

Сигизмунд молчал.

— Алло, вы слушаете?

— Это не она, — сказал он. И вдруг заорал не своим голосом: — ЭТО НЕ ОНА!..

— Ну, я вас поздравляю, — с облегчением произнесла женщина. — Звоните по больницам. Может, там… Или по подружкам поищите. До свидания.

Не дожидаясь ответа, она положила трубку.

Сигизмунд слушал короткие гудки, и по его лицу потоком катились слезы.

Книга вторая

Огромная признательность всем, кто помогал нам в работе над второй книгой «Анахрона»: Марьяне Козыревой Виктории Голуб Вадиму Баронову Ирине Андреевой Александру Соколову и Алексею Мухину Вячеславу Сюткину Анжелике Васкиневич Андрею Голубу Алексею Минькову а также всем бывшим завсегдатаям «Сайгона» и просто жителям Санкт–Петербурга

В книге использованы фрагменты текстов О. Флегонтовой О. Кулакова (Мурра) А. Васильевой (Идки)

а также Автор строк «Вечером, когда весь мир уснул, пролетал над городом назгул…» А. СерьГи С. Белоусова (Олди Я. Дягилевой (Янки) А. Гавриловой (Умки) и Константина Устиновича ЧЕРНЕНКО (генерального секретаря ЦК КПСС)

Все имена в романе являются вымышленными. Любое совпадение следует считать случайным.

Глава первая

Сигизмунд не знал, сколько времени просидел в оцепенении. Наконец глянул на часы. Часы стояли. Сорвал с руки, швырнул об стену.

Будто очнувшись, обвел глазами комнату. Все кругом показалось вдруг чужим, обветшалым и ненужным. Стеллаж, набитый рухлядью и макулатурой. А вон там, наверху, — альбомы, которые нравились Лантхильде: Пикассо, Модильяни…

Неожиданно у него заломило зубы. Оказалось — сжимает челюсти. С трудом разжал.

Надо что–то делать… Сигизмунд понял, что находиться здесь, в этой пустой квартире, он больше не может. Физически. Иначе начнет все крушить… Кобеля убьет…

Пес где–то прятался. Пережидал грозу.

Сигизмунд громко, горлом, всхлипнул — без слез. Машинально оделся. Вышел во двор.

Город лежал призрачный и тихий. В предутренние часы все спали. Угомонились даже самые неутомимые гуляки.

Тихо падал снег — то быстрее, то медленнее сыпались из сытого розоватого облака хлопья. «Ведьмин круг» уже занесло. Сигизмунд слепо направился к арке.