Анахрон

Потоки воды. Леша держался на последнем. Его грозило смыть. Видимо, сказывалось отсутствие дедка.

— Дядя Коля!.. — хрипло проорал Леша сорванным голосом. — Стояк… на хер… перекройте!..

Дедок затопал кирзачами и куда–то ушел.

— Куда он? — спросил Сигизмунд.

По квартире — он слышал — бродила девка. Разговаривала сама с собой. Где–то внизу бесновался кобель. Мать–героиню, видать, повстречал.

— Помоги… — издыхая, прохрипел Леша. Шалея от идиотизма происходящего, Сигизмунд припал рядом к дыре. Он чувствовал, как упруго бьется под его телом холодная вода. Рядом сводило судорогой Лешу.

Сосед, беззлобно уже матерясь, топтался рядом. Лантхильда тоже всунулась в ванную.

— Сигисмундс, хордс!

— Уйди на хер! — взревели Сигизмунд с Лешей на диво слаженным хором.

Вода готова была вырваться и смыть их. Сигизмунд это чувствовал. Заорал на соседа с четвертого этажа:

— Хули стоишь!..

Сосед понял. Примостился рядом.

Тут Леша как–то очень театрально закатил глаза и простонал:

— Из–не–могаю…

И начал оползать.

И внезапно вода иссякла. Ее просто не стало. Сигизмунд разомкнул онемевшие руки. По коридору деловито протопал дедок.

— Готово! — объявил он. — Перекрыл по всей лестнице. Давай.

Леша посмотрел на него глазами подстреленной птицы.

— Мужики, вы это… Вы чего тут? — растерянно спросил сосед с четвертого этажа.

— Трубы меняем, прогнило все… Тут хмырь какой–то квартиру купил, решил трубы поставить — вечные, драгметаллов… — охотно пояснил дедок.

— Не драг… — стеная, поправил Леша. — Цвет… Медные.

— Один хер, — отмахнулся дедок. — Чего–то не так поставили… Сейчас пере… того, и все будет.

— Давайте я за водкой схожу, что ли, — предложил сосед с четвертого.

Ему никто не ответил. Сосед исчез. Леша, кряхтя, стал отвинчивать окаменевшие гайки. Дедок стоял рядом на карачках и надзирал за правильностью.

— Да осторожней ты, резьбу не сорви. Перекосоебишь — пиши пропало.

Из дальнейших поучений выяснилось, что гайку эту завинчивал в одна тысяча девятьсот пятьдесят девятом году как раз вот этот дедушка, дядя Коля. Молодой тогда был, война недавно кончилась, культ личности недавно разоблачен и почти преодолен, в космос уже нацелились…

— Да и хер–то с ней. Один хрен все менять, — озлобленно отозвался Леша.

— Раньше чем послезавтра не сменим, — рассудительно заметил дядя Коля. — Два дня еще…

Сигизмунд почувствовал, что его мало–помалу охватывает какая–то нехорошая веселость.

Опять появилась чертова девка. Пряча от Сигизмунда глаза опустилась на четвереньки, заглянула под руку дяде Коли.

— Пилат, — изрекла глубокомысленно. — Убилпилин… Таак. Нуу?

— Трубы–то говно. Насквозь проржавели, — бодро сказал дядя Коля.

— Лантхильд! Домой! В хуз!

— Че ты так с девушкой–то? — укорил Леша.