АН (цикл 11 книг) (СИ)

Не может быть…

Канцлер достал из внутреннего кармана футляр, открыл его и извлёк длинную чёрную спицу с шарообразным набалдашником размером с мелкую луковицу. Достав из другого кармана перочинный ножик, Канцлер чиркнул лезвием свою ладонь и прижал набалдашник к ране.

На миг он почувствовал, будто все его естество втягивается в набалдашник. Все эмоции, силы, вера в себя, свой род и империю…

Наваждение рассеялось через секунду.

И в следующий миг спица вонзилась в сердце одного из четырёх, распятых на стене камеры, мужчин.

— А-а-а-а!!! — закричал приговорённый к смерти преступник. Его тело забилось в конвульсиях, изо рта полезла пена, мужчина начал ссыхаться на глазах.

— Что? Что происходит?!! — закричали другие.

— Что ты делаешь?!

— Разве ты не Канцлер?!!

— Точно Канцлер! Как в новостях!!!

— Как можно так поступать!

Первая жертва перестала дёргаться. Тело сильного мужчины превратилось в сухую оболочку с костями. Больше ничего с него артефакт взять не сможет.

Но этого мало. Артефакт контроля нужно подпитывать постоянно. А чтобы он набрал достаточно силы для нового подчинения, усиленно кормить его нужно минимум месяц!

Чем Канцлер и занялся, едва увидев выступление вдовствующей императрицы по телевизору.

— Эй! Эй не подходи ко мне! — заверещал следующий преступник. — Ты же Хранитель!!! Ты не имеешь права так обращаться с подданными!

— Тьфу! — раздражённо плюнул себе под ноги Годунов. — Заткнитесь.

От его тела разнеслась волна невидимой силы. Александра Борисовича злило то, что предатели и приговорённые к смерти постоянно скулят. Отчего-то те, кого привозят для подпитки артефакта, громче тех мерзавцев, казнь которых проходит в более привычной форме.

— Как же вы меня раздражаете, — проворчал Канцлер, вонзив спицу в сердце второй жертвы. — Толпой насиловать девчушек нормально, а послужить своей стране — нет? Одна от вас лишь польза — стать пищей для будущего империи.

И очередная жертва обратилась высушенным мешком с костями.

Глава 20

После «тайного» приёма в Кремле я на всякий случай аккуратно «прочистил» Соню альтерой и «прогрел» Родовой Аурой. Пусть рахны в ней я не чувствовал, но предполагал, что каким-нибудь образом Канцлер мог подменить артефакты.

Однако изменений в поведении Сони не было. Постепенно я успокоился.

На следующий день после посещения Кремля представители трёх княжеских семей вновь собрались в нашем доме. Всем хотелось своими глазами убедиться, что цесаревна осталась такой же, как прежде. А заодно обсудить план дальнейших действий.

— Пусть я выскажу очевидную мысль, но раз уж вы молчите, то я молчать не стану, — произнёс тогда великий князь Киевский. — Необходимо минимизировать встречи Софьи с Годуновыми.