Амулет сибирского шамана

И получается, что это она, Алевтина, виновата в том, что несчастную кладовщицу ударили по голове. Он не нашел квитанцию и очень рассердился. Нужно узнать, как там Марфа. Если, не дай бог, что-то серьезное, она, Алевтина, этого типа обязательно найдет, вот же в квитанции номер мобильного есть.

Одышливое пыхтенье и шарканье возвестили о приходе завхоза. Он тоже был мужчина отнюдь не худенький, но до Марфы Петровны ему было далеко.

Завхоз проверил книгу, пробежался глазами по полкам с одеждой и вещами пациентов.

– Вроде все нормально. Запру кладовую, пока человека на место Марфы не найду. Завтра кто-нибудь выйдет.

Тут кошка предприняла на него атаку снизу.

– Василисочка! – завхоз с трудом наклонился и взял кошку на руки. – Про тебя-то все забыли!

Кошка немедленно заурчала.

– Не брошу, не брошу… – завхоз оказался любителем кошек. – Как же такую хорошую кису бросить… А мне Марфа говорила, что ты мышей не ловишь…

Кошка немедленно проурчала, что будет ловить мышей по пять штук в день, и посмотрела честными зелеными глазами.

Убедившись, что эта кошка в жизни не пропадет, Алевтина ушла к себе в отделение.

Там ее захватила обычная суета, а в следующие дни было три операции, причем одна очень сложная, а вторая не слишком, но зато с осложнениями, о которых никто и подозревать не мог. Так что Алевтина оставалась в больнице до позднего вечера, и домой приезжала только спать. Заведующий ее даже от дежурств освободил, и так, сказал, в отделении едва не ночуешь.

Марфа Петровна пришла в сознание, но сказать ничего не могла, не потому, что речь отнялась, а потому что ничего не помнила.

– Что сижу – помню, – говорила она слабым голосом Алевтине, когда та вырвалась к ней в реанимацию буквально на десять минут, – что книгу свою смотрю – помню, а что дальше было – убей меня бог, не помню!

«Может, и к лучшему», – подумала Алевтина, пожелала кладовщице скорейшего выздоровления и побежала к себе.

Так что про квитанцию она вспомнила только через несколько дней, нашла в ординаторской старый мобильный телефон, который забыл кто-то из больных, да так за ним и не явился.

Выслушав в ответ нелюбезный женский голос, который сообщал, что такого номера не существует, Алевтина нисколько не удивилась. Если этот тип даже фамилию на квитанции не ту дал, то уж номер телефона точно соврал.

И снова закрутила ее больничная суета, и пришла в себя она только поздним утром в воскресенье, когда очнулась от тяжелого сна и с изумлением посмотрела на часы, на которых было без десяти два. Ничего себе поспала!

В голове шумело и бухало, как будто накануне она выпила две бутылки шампанского и плясала до утра, чего Алевтина в жизни никогда не делала, она вообще не курила и к алкоголю в любом виде оставалась равнодушной.