Амулет сибирского шамана

Она села и взяла его за руку, чтобы пощупать пульс. Он был повышенный, ясно, что он нервничает. Но с виду спокоен, то есть это он так думает, что она ничего не замечает.

– Прежде всего я должен… – Алевтина отчетливо видела, как трудно ему дается разговор, все же только вчера была операция, – я должен… в общем, это все после, – решительно сказал он. – А прежде всего я должен узнать, кто…

– Я понимаю. – Она заметила, что все еще держит его руку. – Я понимаю, но помочь в данном случае не могу. Я понятия не имею, кто в вас стрелял и в чем там дело.

– Вот именно, – он резко выдернул свою руку и поморщился, – а мне важно это узнать, и как можно скорее. И я жду прямого ответа на вопрос: как вы сами так кстати, так своевременно оказались рядом со мной, и только не говорите, что это было случайно. И вообще, что вы делали на этом приеме? Кто вас привел?

– Я сама пришла, меня подруга пригласила.

– Зачем? Что вы там потеряли?

Он сердился, потому что был слаб, и, наверное, болела рана, и слабость подступала.

Алевтина незаметно посмотрела на настенные часы. Без десяти восемь. Так, ужин у них, наверное, уже был, сейчас начнутся уколы, прием лекарств. До девяти часов нужно закончить, а в десять отбой, как в обычной больнице. Порядок есть порядок, все-таки лечебное учреждение. Стало быть, ей нужно потянуть время.

– Понимаете, – сказала она, – это долгая история.

– Ничего, у меня тут времени навалом, в больнице этой, – усмехнулся Канюков, – не телевизор же смотреть.

– Дело в том… – она вздохнула, – у вас был брат, да?

– Откуда вы знаете? – он вздрогнул. – Ну да, был брат, но он давно погиб. Пропал в тайге. А какое это имеет отношение к?..

– Я видела, как он умер.

– Что-о? – Канюков вскрикнул так громко, что телохранитель, притулившийся в углу палаты, вскочил и подбежал к кровати.

Канюков отослал его взмахом руки и уставился на Алевтину.

И она начала рассказ. Как жила в далекой Сибири совсем молодой девчонкой, как работала фельдшером и ее вызвали на труп как единственного медика в округе.

Дальше следовало действовать ювелирно. Она ни словом не упомянула про то, как умирающий вложил в ее руку коготь, зато рассказала, как участковый нашел в его кармане паспорт.

– Когда это было? – перебил ее Канюков.

Она назвала точную дату и место.

– Мы тогда только начинали свое дело, он поехал туда предварительно, чтобы на месте оценить обстановку… – Канюков закашлялся.

Алевтина посмотрела на часы – времени девятый час, что они там возятся…

Тут, на ее счастье, отворилась дверь, и сестричка вкатила столик на колесиках, где лежали шприцы, таблетки и градусники.

– Все-все, посетителей просим удалиться! – мелодично сказала она. – У нас режим! Петр Степанович, укол!

Алевтина поскорее вышла из палаты. Телохранитель выскользнул за ней.