Амалия. Книги 1-5

Краем уха она уловила в прихожей какой-то шорох и, подняв голову, встретилась взглядом с незнакомым молодым человеком, который стоял в дверях. И, хотя тот был недурен собой и к тому же улыбался самым сердечным, самым непринужденным образом, у Амалии сразу же как-то нехорошо похолодело в груди.

На то, чтобы захлопнуть тетрадь левой рукой и потянуться правой к сумке, в которой лежал револьвер, у нее ушли какие-то доли секунды, но и этих долей оказалось слишком много. Потому что второй незваный гость, подкравшийся сзади, с размаху нанес ей удар кулаком в голову. Комната заплясала вокруг девушки, внезапно превратившись в гигантского мотылька, который обхватил ее своими крыльями и понес за собой. Амалия полетела куда-то в головокружительную пустоту и немоту…"

"Глава 23

Огненный ангел

Гарь.

Жар.

Крик.

– А-а!

Крик переходит в сдавленный стон и смолкает. Запах гари становится все сильнее, и слышно, как где-то с печальным, почти хрустальным звоном разбивается стекло.

Надо открыть глаза…

Надо поднять голову…

Надо встать, но голова словно расколота на тысячу осколков. Жар уже пышет в лицо…

– Амалия! Амалия!

Зачем так кричать? А голова меж тем раскалывается уже на две тысячи осколков, потому что Амалию хватают и тащат куда-то.

– Пустите… – бормочет она. – Не смейте…

Огненным змеем взвилась полыхающая занавеска, и тут девушка почти пришла в себя.

– Амалия! Дом горит! Вы слышите меня?

Александр попытался поднять ее на руки, но она оттолкнула его.

– Дневник!

– Какой днев… – начал он в изнеможении.

– Тетрадь! Где она?

Флигель полыхал, огонь уже перекинулся на стены. Приподнявшись, Амалия увидела возле очага какую-то темную груду и, присмотревшись, поняла, что это человек в луже крови. Возле его руки лежал дневник Николая Петрова.

– Вон та тетрадь? – вырвалось у Александра.

В следующее мгновение с потолка на убитого обрушилась пылающая балка. Одним концом она упала на дневник и придавила его.

– А, черт! – в отчаянии выкрикнул Александр и, кинувшись к балке, принялся выдирать из-под нее дневник. Он ухватил только кусок тетради, когда на нем загорелась шинель. Дым ел глаза, но Александр собрал все силы и вырвал из-под балки еще один кусок.

– Бросьте! – закричала Амалия, поняв, что еще немного – и они сами сгорят тут. – Не надо!

Офицер сбил с себя огонь и, весь в саже, в крови, кинулся к ней, схватил в охапку и потащил наружу, на воздух. Возле дверей к нему подбежали Серж Мещерский с Никитой и помогли вывести Амалию. Едва они сделали несколько шагов, изнутри раздался взрыв, а за ним еще один, поменьше силой.

Александр упал в снег, но тотчас же поднялся. Флигель горел теперь весь, и из окон вырывались языки огня. Барон посмотрел на Амалию и увидел, что ее поддерживает, не давая упасть, Серж Мещерский.