Амалия. Книги 1-5

 – Я слышал о каком-то бандите Гамильтоне, который был приятелем Билли Мэллоуна. Кажется, его повесили в Петербурге[113]. Это, случаем, не ваш родственник?

– В некотором роде, – отозвался шериф с ухмылкой. – Тот Гамильтон, о котором вы говорите, я и есть. Только меня не повесили, и я никогда не дружил с ублюдками вроде Мэллоуна.

Амалия вытаращила глаза. Ей доводилось слышать всякое, но она никогда не подозревала, что бандита могут сделать блюстителем закона. Хотя, с другой стороны, знаменитый полицейский агент Видок тоже был сначала каторжником. И все же это скорее исключение, чем правило.

Следует отметить, что Ричардсон, услышав ошеломляющее признание нового шерифа, и ухом не повел.

– Да? – только и сказал он. – Надеюсь, в Арчере знали, что делали.

– Угу, – отозвался шериф, надевая шляпу и косясь на Амалию. – Говорят, где-то в этих местах скрывается один из шайки, вот я и поехал с ребятами посмотреть, что да как.

Беззубый оскалился и снова плюнул в пыль.

– Билли Мэллоун сбежал, – сказал Ричардсон.

Скуластое, кирпичного оттенка лицо шерифа потемнело.

– Знаю. За него дают награду в пятьсот долларов.

Для той эпохи пятьсот долларов было едва ли не целым состоянием.

– Всего пятьсот? – хмыкнул Ричардсон. – Я бы и за пять тысяч не стал с ним связываться. Ну, удачи вам, шериф.

– Ага. Поехали, ребята.

– И часто у вас так бывает? – спросила Амалия, когда шериф и его помощники скрылись из виду.

– Часто – что?

– Когда бандита делают шерифом?

– А! – Ричардсон махнул рукой. – Нельзя же всю жизнь грабить и убивать, верно? Рано или поздно эти люди – те, кто остается в живых, – хотят уйти на пенсию, остепениться, завести семью… Да мало ли что еще. Мы им не мешаем, но с одним условием: пусть сначала докажут, что им можно доверять. Кто лучше всех знает повадки бандита? Только другой бандит. – Он покачал головой. – Но Пит Гамильтон – это, конечно, особый случай.

Экипаж со вздохом снялся с места. Амалия чихнула.

– Скоро доедем? – спросила она.

– Часа через полтора, – сказал Ричардсон, потягиваясь. – Я вас представлю дядюшке Чарли. Он наверняка будет вам чертовски рад!

7

– Боб, мой мальчик, где ты подцепил эту шлюху?

С таким вопросом полковник Чарльз Ричардсон обратился к своему племяннику Роберту, когда с церемонией представления было покончено и гостья ранчо «Эсмеральда» удалилась в отведенную ей комнату."

"Полковник – ныне немолодой, грузный мужчина с седыми усами и дряблым лицом – в Гражданскую войну получил три ранения. У него не сгибалось правое колено, и при ходьбе он отставлял ногу в сторону. Так как в наследство ему не досталось ничего, кроме воспоминаний, он нанялся в свое время к брату управляющим на ранчо и остался в той же должности при его сыне Роберте.