Амалия. Книги 1-5

Настройщик уходит, но не успевает он дойти до двери, как княгиня издает вопль и падает в обморок. Когда она вернулась в будуар, то обнаружила, что драгоценности, которые буквально только что лежали в шкатулке, загадочным образом испарились из нее.

Настройщика хватают, вызывают полицию, полиция оцепляет дом, обыскивает слуг, перерывает сад, смотрит под окнами, в водосточных трубах, на крыше – везде! Доходит до того, что осматривают даже поленницы, простукивая каждое полено, снимают крышки с кастрюль, в которых готовится еда на кухне, и обыскивают собачью конуру во дворе. Драгоценностей нет. Все слуги – на месте, и никто дом не покидал, настройщик оказывается действительно настройщиком роялей с почти двадцатилетней безупречной репутацией. Вчера ему заплатили, причем чрезвычайно щедро, чтобы он явился в особняк точно в назначенное время. Платил какой-то седой господин приличного вида, прихрамывающий на левую ногу. Настройщика допрашивают, допрашивают его семью, а если бы представлялось возможным, допросили бы и его кошку, и канарейку в клетке. Ни-че-го!

К вечеру во всех парижских газетах выходят глумливые статьи о том, что родная полиция даже по горячим следам неспособна схватить воришку, что уж тогда говорить о более серьезных делах! Министр внутренних дел подает в отставку, настройщик становится героем дня, и все наперебой приглашают его к себе, а княгиня Лопухина плачет и пересчитывает деньги, полученные за страховку. Но драгоценностей так никто и не нашел!

– Господи, – вскрикнула вдруг Амалия, – до чего же я глупа!

Роберт Ричардсон в изумлении уставился на нее. Деламар открыл рот.

– Кузина, – пробормотал Рудольф, – о чем это вы?

– Ах, не обращайте на меня внимания, кузен, – велела ему Амалия, улыбаясь очаровательной улыбкой. – Просто я кое-что поняла, хоть и с большим опозданием. – Затем она обратилась к Деламару: – Благодарю вас, месье, за чудесный рассказ.

Миллионер Дайкори только повел своими острыми плечами.

– Право же, не знаю, мадам Дюпон, что чудесного вы нашли в этой истории, – заметил он. – Лично я уверен, что, если бы дама прятала свои драгоценности в сейф, а не совала их как попало в обыкновенную шкатулку, вряд ли ее сумели бы так легко обвести вокруг пальца.

– Ну, что касается сейфов… – заговорил снова задетый за живое Деламар.

Но никто так и не узнал, что же именно он хотел сказать, потому что Рудольф фон Лихтенштейн грубо выругался по-немецки, а сеньора Кристобаль пронзительно завизжала. Виною тому был не кто иной, как сидевший за соседним столом Кристиан Эрмелин. Неожиданно он поднялся со своего места, держа в руке новехонький сверкающий револьвер.