Амалия. Книги 1-5

Так что, в сущности, мне совершенно безразлично, что случится с вами и вашей семьей. – Он улыбнулся еще шире, демонстративно засунул свой карандаш и записную книжку, в которой делал пометки, в карман, после чего поднялся с места. – Я всей душой разделяю вашу точку зрения, месье, что каждый должен заниматься своим делом. Для меня важно, чтобы драгоценности прибыли в Нью-Йорк в целости и сохранности. А если в пути с вами произойдет какое-нибудь досадное происшествие… к примеру, кто-нибудь отравит вас или вашу очаровательную жену… – он метнул взгляд на Ортанс, которая сидела очень прямо, закусив губы, – это никоим образом меня не касается. – Он шагнул к двери. – Честь имею кланяться, дамы и господа.

Деламар уже положил ладонь на ручку двери, когда его остановил голос Кристиана Эрмелина.

– Нет-нет, сударь, – очень холодно ответил сыщик, открывая дверь. – Каждый должен заниматься своим делом, не так ли? А меня ваши дела совершенно не касаются.

– Месье Деламар, прошу вас! – взмолилась теперь и Ортанс. Она поднялась с места и подошла к сыщику. – Мой муж погорячился. Он… он очень сожалеет о словах, которые у него вырвались. Понимаете ли, все эти годы мы были уверены, что Леонар Тернон мертв. А теперь оказалось, что он жив и что он… что он… – Губы ее задрожали. – Когда мой муж сказал мне, что, возможно, именно Леонар отравил его мать…

– Минуточку, – вмешался Рудольф фон Лихтенштейн, очень внимательно слушавший очаровательную Ортанс. – Что значит – муж сказал вам? Насколько я помню, месье заявил сыщику, что понятия не имеет о том, кто мог убить мадам Эрмелин.

Кристиан смешался. Вид у него в то мгновение был на редкость жалкий.

– Да, это правда, когда я нашел ту записку, я не сразу сообразил… Но потом я вспомнил… вспомнил о Леонаре… Ведь инициалом «Л.» мог подписаться только он.

– Однако мне вы ничего не сказали, – спокойно заметил Деламар. – Почему?

И вновь положение спасла русоволосая Ортанс.

– Моему мужу было нелегко говорить об этом, – промолвила она, пленительно улыбнувшись сыщику. – Дело в том, что они с Леонаром Терноном были очень дружны. Да, Леонар был его лучшим другом. – Ее глаза затуманились. – А потом появилась я, и Кристиану пришлось делать выбор между лучшим другом и мной.

«Однако, – подумала не на шутку заинтригованная Амалия, – как любопытно все складывается… Боваллон утверждал, что отношения семьи с Леонаром были весьма напряженными. А теперь оказывается, что Ортанс когда-то была невестой Леонара, а Кристиан – его лучшим другом…»

– Понимаю, – сказал сыщик. Он отошел от двери и вновь сел в кресло. – Стало быть, когда мадам Эрмелин получила состояние госпожи Бежар, вы, мадам, вышли замуж за месье Кристиана, а Леонар Тернон уехал в Африку, залечивать сердечные раны.