Амалия. Книги 1-5

– Ничего, – с готовностью отвечал художник. – Ничего, уверяю вас! Просто… я не хочу возвращаться туда.

Саша насупился. Обстановка требовала от него принять решение, и принять немедленно. Если он сейчас поднимется в комнату художника, то, возможно, наконец доберется до разгадки происходящего. Ведь безумец уже однажды покушался на картину Митрофанова – что ему стоило повторить попытку? С другой стороны, Павлу Семеновичу могло со сна просто померещиться что-то подозрительное, и в этом случае Саша просто потеряет время. Кроме того, ему придется оставить свой пост возле дверей Амалии Константиновны, а этого Зимородков никак не мог допустить.

– Хорошо, – наконец решился Саша и дважды дернул за сонетку. Он заранее условился с Орестом и Евгением о том, что в случае, если понадобится помощь, следует звонить два раза.

Не прошло и пяти минут, как за дверью раздались быстрые шаги, и в комнату вошел граф Полонский, держа руку за пазухой. Увидев всклокоченного Митрофанова, он даже отступил назад, но Саша успокоил его, объяснив ситуацию.

– Павел Семенович утверждает, что у него в комнате кто-то есть, – сказал он. – Я намерен пойти туда и посмотреть, в чем дело. Вас я попрошу остаться здесь.

Евгений кивнул. Он принадлежал к людям, которые все понимают с полуслова, и только сказал на прощание:

Митрофанов взял керосиновую лампу и в сопровождении вооруженного револьвером Саши двинулся в другое крыло дома, где Орлов отвел художнику отдельную комнату.

– Расскажите мне, как это случилось, – попросил Саша.

– Я проснулся от какого-то стука. Не знаю, что стукнуло: дверь или оконный ставень. А потом… – Он задрожал. – Вы не поверите, но я услышал чье-то дыхание. И шаги. Осторожные шаги, словно кто-то двигался на цыпочках. И я… мне стало страшно. Не зажигая света, я соскользнул с кровати и поспешил к вам.

– Вы правильно сделали, – заметил Саша.

– Может быть, у меня просто разыгрались нервы, – сказал Митрофанов извиняющимся тоном. – Но, я думаю, вы согласитесь, в этом доме, – художник зябко передернул плечами, – творится что-то странное… очень странное.

Они дошли до конца коридора и поднялись по лестнице. Саша стиснул револьвер. Его ладонь стала совсем мокрой от пота.

– Сюда, – сказал Павел Семенович, кивая на маленькую темную дверь напротив.

Саша заколебался. Что делать? Идти прямо туда? А что, если их враг вооружен? Что, если он затаился и поджидает их? Не лучше ли позвать на помощь слуг? Да, но если тревога окажется ложной, он, Зимородков, просто-напросто станет всеобщим посмешищем. Нет уж, тут надо управиться самому.

– Как будем действовать? – боязливо спросил художник.

И Саша разозлился на себя, поняв, что Митрофанов заметил его страх.