Кодекс «Альтмана»

 — А также определить, каким образом конфликт такого масштаба повлияет на наши военные планы и ассигнования.

— Мы должны думать не только о возможном столкновении с Китаем, но и о том, как нам дальше вести жесткую стратегию сдерживания, — согласился госсекретарь.

— Новый виток «холодной войны»? — задумчиво произнес вице-президент. — Это было бы трагедией. — Он недовольно пожал плечами. — Но в настоящий момент я не вижу иного выхода.

— Информация об «Эмпресс» не должна покинуть стен этого кабинета, — сказал Оурей. — Надеюсь, вы меня понимаете. Если сведения все же просочатся, мы будем знать, что в этом виноват кто-то из нас.

Присутствующие кивнули, и обсуждение продолжилось. Президент слушал, подсчитывая в уме — два, четыре, один, два, два и один. У шестерых собравшихся здесь мужчин было двенадцать детей. Кастилья изумился тому, что знает, сколько человек насчитывают семьи каждого из них. С неменьшим изумлением он постепенно припомнил имена почти всех детей, кроме младшего ребенка Эбнера.

Впрочем, Кастилья помнил детей большинства других людей, с которыми работал на протяжении многих лет, подолгу помнил их имена. На мгновение он задумался, почему это так его взволновало. Потом он понял... и перед его мысленным взором вновь появился маленький мальчик, тянущий руки к безликому незнакомцу.

В разговоре возникла пауза, и президент сообразил, что остальные ждут его высказываний.

— Госдеп должен готовиться к серьезным дипломатическим схваткам. Министерство обороны — предложить способы хорошенько припугнуть Китай, а флот — разработать варианты планов захвата и осмотра «Эмпресс». — Он хлопнул ладонями по столу и поднялся на ноги. — Обсуждение закончено. У меня все, джентльмены. Благодарю вас за участие в совещании.

Глава 20

Суббота, 16 сентября

Район Коулюнь

Джон надел перчатки, обыскал карманы молодого человека и нашел там универсальный ключ, несколько монет и пакетик жевательной резинки. Он вернул все обратно, в том числе ключ, и выглянул в коридор. Там никого не было. Он перенес труп на площадку пожарной лестницы. Ее ступени уходили далеко вверх и вниз. Здесь царила тишина. Джон поднялся на два пролета и уложил тело у стены.

Из впалой груди трупа все еще торчал стилет. Смит вытащил его. Как только рана открылась, из нее сильным потоком хлынула кровь. Он вздохнул, бросил стилет рядом с телом и спустился вниз.

Вернувшись в номер, он придвинул к двери кресло — на тот случай, если явится еще кто-нибудь с универсальным ключом и ему тоже придет на ум сбросить цепочку. Потом он вымыл ванну и осмотрел пол, мебель и постель. Следов крови и предметов, выпавших из карманов убийцы, там не оказалось.

Смит с облегчением забрался в ванну. Пустив воду из душа, он тер себя мочалкой, пока кожа не заблестела.