Алмазная пыль

Кивнув, Санта ещё раз вздохнула и, вспомнив, зачем вообще явилась в это поселение, сказала:

– Ты прости, Алексей, что я тебя своими проблемами гружу. Я ведь по делу.

– Понимаю, что не просто так. Говори, – кивнул Старшой, усаживаясь за стол и наливая в кружку горячий крепкий кофе.

Чуть пригубив напиток, Санта отставила кружку и, собравшись с мыслями, принялась рассказывать о замеченных самолётах. Внимательно выслушав её, Алексей расстелил на столе самодельную карту и, протянув ей карандаш, попросил:

– Хотя бы ориентировочные места посадки указать можешь?

– Здесь и вот здесь, – уверенно ткнула она карандашом в карту. – Один точно сел, а второй дальше потянул, но думаю, не намного. Они оба к Одессе шли.

– Уверена, что не наши?

– Абсолютно. Я все самолёты в зоне наизусть знаю, а этих машин никогда не видела.

– Ну и ладно. Всё как обычно? Техника ваша, а всё остальное наше? – с лёгкой улыбкой спросил Старшой, больше подтверждая старую договорённость, чем заключая новую.

– Как обычно, – кивнула Санта. – Вы рискуете больше. А пилоты только у меня есть.

– Это верно, – вздохнул Алексей. – Может, стоит подумать, как соединить наши силы? У толкового войска всегда своя воздушная поддержка должна быть.

– Может, и стоит, – вздохнула Санта. – Только прости, Старшой, не сейчас.

– Понимаю, – с достоинством кивнул Алексей. – Но как только дело сладим, к этому разговору вернёмся. Договорились?

– По рукам, – улыбнулась, Санта и, допив кофе, медленно поднялась на ноги.

– Как всё сделаем, я в «гнездо» своего паренька пришлю, – сказал ей на прощание Алексей.

Молча кивнув, Санта вышла из штаба и, пройдя к своему мотоплану, уселась в кресло. Запустив двигатель, она уверенно подняла машину в небо и, заложив вираж, направила её в сторону «гнезда». Теперь, когда дело было сделано, ей оставалось только вернуться домой и сообщить ребятам о появлении в зоне посторонних и подобрать пилотов для новой техники.

Бросив быстрый взгляд на оставшийся внизу посёлок, Санта с грустью вспоминала, как отреагировали на известие о гибели Самурая жители «гнезда». Всё без исключения ребята неделю бродили словно потерянные, не в силах поверить, что его больше нет.

Поминки по погибшему справили тихо и без долгих церемоний. Каждый, кто находился в «гнезде», молча выпил по полстакана разведённого спирта, выплеснув несколько капель в костёр. Отставив стаканы, «вампиры» также молча закурили и, постояв у огня, разошлись. Это была зона, и жизнь продолжалась.

* * *С того момента, как к Пашке неожиданно вернулась память, у него наступили тяжёлые дни. Каждый божий день его таскали в пыточную на допрос. Только так он мог называть время, проведённое в лабораториях, где каждый умник пытался вывернуть его наизнанку.