Алмазная императрица

Забежала к Ирте, поцеловала в щечку Сегора, оценила великолепное платье Мариты и поспешила в зал, пока меня императрица не хватилась. Но задержалась и дождалась Майера, чтобы войти с ним, как уговаривались.

Стоило мне взять его под локоть, как почти сразу рядом раздалось от какой-то девушки, остолбеневшей от удивления:

– Разве вы не разорвали помолвку?! Майер, что происходит?!

– Разорвали, – ответил ей Майер. – Но друзьями быть не перестали. – Мы прошли мимо, после чего он наклонился к моему уху и прошептал: – Теперь я наконец-то вспомнил, зачем ты мне была нужна. И да, с решением я явно поспешил. Теперь меня на куски разорвут эти обнадеженные!

– Отобьемся, – пообещала я. – После тишины храма у тебя не раскалывается голова?

Он подумал и признал:

– Немного. Мне там очень понравилось. Я даже подумывал остаться.

– Да что ты говоришь, – я удивилась. – И мне такая мысль в голову приходила – точно бы осталась, если бы не бежала от демонов. Почему же не остался?

– Просто после возвращения в ясное сознание прошло больше трех дней. А они там вообще веселиться не умеют. На четвертый день я понял, что мне с теми занудами не по пути и практически сбежал.

Я расхохоталась, представив.

– Как же я рада видеть тебя таким! Интересно, сердце когда-нибудь устанет петь? Но давай поспешим – мое место подле ее величества. Нет-нет, идем во внутренний двор – столы решили установить там. После долгой зимы и общего напряжения все хотят порадоваться празднику и весеннему солнцу. А если начистоту, то просто больше некуда рассадить такое количество гостей!

Элвин, конечно, расположился рядом с братом. По другую сторону от императора сидела Анабель – ее улыбка на миг померкла, когда она рассмотрела нашу парочку, но, как обычно, императрица моментально взяла себя в руки и начала излучать одну лишь доброжелательность. Ирту посадили в большом отдалении, удивительно, что не за пределами сада. Рядом с ней я рассмотрела и Мариту. Теперь отсутствовал Аштар – он, перестав быть шелле, больше не получал приглашений на торжества подобного уровня. На почетном месте сидел обескураженный и будто оглушенный бревном зверолюд Ордан – было похоже, будто главного героя войны сюда притащили силой, а он, бедолага, замышляет побег от этого буйства. Он лишь при виде меня на мгновение расцвел, но опомнился и снова принялся по-звериному озираться на эту раззолоченную публику.

После роскошной трапезы и невероятного количества вина разговоры за столами потекли более шумные и откровенные. Не могли оставить в покое и Майера.

– Милорд Сао! – позвал мужчина, сидящий напротив.