Чудовищная алхимия. Том 3

Ничем иным, как повозками нападавших, он быть не мог, а возницы и охранники, видимо, услышав звуки бойни, учинённой на подворье, быстро смотали кто куда, бросив всё добро прямо тут. И хоть у Леопольда очень чесались руки, останавливаться и копаться в вещах товарищи не стали, поэтому два десятка телег вскоре остались позади.

Минут через сорок быстрого бега стало совсем темно, и Зефир снизил скорость, но на ночевку так и не встал, ведя отряд дальше. К этому моменту троица друзей уже обошла стороной Малые болотные демоны, и только отойдя от деревни на приличное расстояние, командир объявил небольшой привал, чтобы подкрепиться. Костер парни не разводили и, перекусив всухомятку, продолжили путь.

К слову, первая эволюция и улучшение оснований сказались на товарищах не только в увеличившемся резерве жизненной силы и физических возможностях. Эден этого не упоминал, но тела молодых людей изменились и в других аспектах, которые они теперь понемногу за собой замечали.

Например, еда. Частенько несочетаемые продукты или чрезмерное употребление каких-то овощей могли вызвать расстройство желудка. Но совсем недавно Леопольд, любящий поесть, с удивлением заметил, что такие проблемы теперь обходили его стороной.

Или, к примеру, выносливость. Она всегда была у парней аномально высокой, а стала ещё больше после получения ядра. Тем не менее, спать юношам всё равно было нужно, потому что голова продолжала так же уставать. Однако теперь оба товарища могли бодрствовать гораздо дольше, да и на сон они тратили меньше времени.

Поэтому-то Зефир и повёл их дальше, несмотря на темень, и не стал останавливаться на ночлег.

Утро троица друзей встретила в пути, а командир наконец-то решил сделать долгий привал и приготовить чего-нибудь горячего.

Расположившись на одной из полян, он развёл костёр и занимался готовкой, когда Леопольд, сидевший рядом, внезапно не решил обсудить произошедшее:

— То есть нашу рыжую на самом деле зовут Мелисана, и она королевских кровей? Никогда бы не подумал, что жил под одной крышей с самой настоящей принцессой.

— Видимо, да. Ты их особо не доставай по этому поводу, как вернёмся. Захотят — расскажут, — задумчиво ответил Зефир.

— Да это понятно, просто она такая… такая простая, что ли, — не нашёл нужных слов Леопольд.

Однако командир его понял. У обычных людей в голове сложилось представление, что принцессы, короли и королевы — это что-то неземное, возвышенное и обязательно чванливое. Тем более в Республике не было персон такого полёта, а собственная псевдоаристократия — бывшие выходцы из низов, воспринималась гораздо проще. Их даже в восточных королевствах за своих не считали, относясь соответствующим образом.