Алька Верник и наследие предков

В ожидании своего рейса люди сидели в мягких креслах или за столиками в уютных кафе, некоторые чинно стояли у информационного табло.

– Регистрация рейса 945026 Лунопорт-Палапутра продолжается у выхода номер 34, - раздался механический голос оповестителя, – повторяю, регистрация рейса 945026 Лунопорт-Палапутра продолжается у выхода номер 34.

– Вийора Катсу Имари, вас ожидает сопровождающий у справочного терминала. Повторяю, вийора Катсу Имари, вас ожидает сопровождающий у справочного терминала.

И еще миллион подобных объявлений. До сегодняшнего дня дальше Ганимеда – спутника Юпитера, я не летала и пределов солнечной системы не покидала, поэтому легкое волнение все же присутствовало. Звездная Академия, где мне предстояло учиться в ближайшие три года, находилась над планетой Кхарма, которая вращалась вокруг звезды Арато созвездия Кассиопеи. Когда-то эта звезда носила иное название согласно земным справочникам, но сейчас все пользовались обозначениями, принятыми в МКН. На одном из языков Коалиции слово «арато» означало «чемпион». А эта звезда и была чемпионом – самая крупная среди желтых. По средним подсчетам добираться до места учебы предстояло около пятнадцати тысяч световых лет.

– Алька, – налетел на меня ураган по имени Фархунда, – где ты ходишь? Наши все собрались, а тебя все нет и нет, – увидев мою бабушку, Хуня продолжила, – здравствуйте, Пелагея Джоновна. Как всегда прекрасно выглядите.

За спиной Хуньки маячил Феокл. Он с гордым и независимым видом держал объемную сумку подруги.

– Ты чего там набрала? – подозрительно спросила я.

– Стратегический запас, – невозмутимо ответила мне она.

– С ума сошла? Я думала ты шутишь! С этой аптекой таможню ни за что не пройти!

– шепотом, я начала ее отчитывать.

– Не боись, – усмехнулась Хуня, – на сумке мощный оберег для отвода глаз, никто и не заметит. Вот увидишь.

– Ну, Фархунда, – покачала головой я.

– Феклушинька, счастье мое биомассовое, – промурлыкала она, – возьми еще Аленькину сумочку.

Схватив нас с бабулей под руки, Хунька потащила нас туда, где в общей толпе стояли знакомые и родные. По дороге, она продолжала без умолку трещать:

– А меня сегодня никто не провожает. Бабушка принимает вступительные экзамены, а маму срочно в Варанаси вызвали, там у них эпидемия у слонов какая-то. Вся их кафедра с ног сбилась, еще вчера телепортировались. Представляешь…

– Хуня, – рыкнула на нее, когда увидела среди провожающих сияющие лица родителей и бабушки.

– Что ж так долго, ребенок? – спросил у меня подошедший отец, – здравствуйте Пелагея Джоновна, – это он сказал уже бабуле.

– Здравствуй, Сережа, – улыбнулась она, – давно не виделись. Ты все добреешь, смотрю. Совсем тебя Зойка пирогами закормила.