Альфонс нечаянно нагрянет

Отчего?

Вадим снова пренебрежительно хмыкнул:

– Да оттого! На фига я буду говорить, что сторожу кабак? Чтобы ко мне туда вереницей друзья бегали? Им же только дай пожрать да оторваться…

– Вот из-за жратвы мы и догадались. Борис, когда про твой день рождения рассказывал, говорил, что у тебя и икра там всякая была, и мясная нарезка… что-то больно мне эта нарезка ресторанное меню напомнила. Мы еще долго удивлялись, откуда у парня, который едва концы с концами сводит, такой пышный стол образовался. А если учесть, что ты в ресторане работаешь, все объясняется просто. И то, что никто из работников кабака Романа в тот день не запомнил, я еще могу понять. Но что завсегдатаи парня не приметили, это уже настораживает. Они-то каждого новенького замечают. А тут не разглядели. Потому что парень и не заходил в зал, ты с ним расправился на палубе. Сейчас там холодно, никто туда носа не высунет, и музыка гремит, делай что хочешь. Как ты его заманил?

– Легко. Просто сказал, что в «Поплавок» придет мужик, принесет классные диски, но не чистые, поэтому продает целую кучу почти даром. Он и купился. Чего тут такого?

Толик снова не выдержал и подскочил к Вадику:

– Щас, блин, размажу по паркету!! Будут шпателем ковырять, с-сука!!

– Анатоль!! – возопила Василиса и затрясла щечками. – Мы вас сюда пригласили, чтобы вы охраняли этого преступника! Понадеялись на вас!!

Толик моментально оценил свою миссию, пододвинул стул к ноге Вадима и окаменел.

– Господи, и это все из-за богатства, что ли? – наконец заговорил Борис. – А на фига убивать-то? У меня знакомая бабка есть, у нее денег – помойка! Так там никого и убивать не надо, у нее наследников нет, ей лет-то восемьдесят семь, она сама скоро отойдет в мир иной, мне наследство по закону достанется. На фига убивать-то?

– Ну, видишь ли, – ответила за Вадима Люся. – Нам кажется, что Вадим как-то узнал про секрет Романа и решил это использовать на полную катушку. Он тоже рассчитывал стать «Михаилом Митюшкиным», того нет в природе, свидетельство о смерти у Валерии на руках, следовательно, никто и никогда не призовет его в армию, которой, как вы говорили, он боится больше жизни. Ну и потом – удобная жизнь, это вам не тяжкое институтское бремя.

– Ну ни фига себе! – начал было Толик, но вспомнил о своем высоком предназначении и накрепко прилип к стулу.

– Вот и я о том же, – поддержала его Тамара. – А нас он что же – ваще в расчет не брал? Это чо – он сегодня с нами Вадик, а завтра приходит – здрассьте! – он уже Миха, так, что ли?

– А кто сказал, что я к вам пришел бы? – все так же нагло усмехался Вадик. – Да мы бы с Лерой укатили в тот же самый день, когда она «добро» дала. А она бы его дала. Не зря я ее так обхаживал, она уже была почти в моих руках!

– Точно, обхаживал, – подтвердила Люся.