Альфонс нечаянно нагрянет

 – А кто это все пить-есть будет? Нет уж, садитесь, давайте выпьем за счастливые находки.

Татьяна капризничать не стала. Женщины расположились за столом, быстренько перешли на «ты», благо возраст позволял – Татьяна всего-то лет на десять была моложе, пили, ели и просто приятно общались.

– Ой, девчонки, я как в книге прочитала про мартини, так теперь только его и пью! Нет, вы не думайте, это не от избытка денег, я вообще спиртного не употребляю, а здесь здорово – тоника стакан нальешь, каплю мартини капнешь, и сидишь хмелеешь! И вкусно, и экономно получается.

– А чего – на косметике плохо платят? – выспрашивала Василиса.

Она уже подумывала, не податься ли ей в косметологию. Неизвестно как насчет заработка, но себя-то она бы обеспечила!"

"– Ой, да кто нам платить будет? Сколько продашь, столько и получишь. Проценты с продажи. Я ведь по образованию искусствовед, да только иди устройся по своему профилю… Вот и приходится крутиться… Вы конфетки берите. А ваша собачка не укусит, если я ее колбаской угощу? Я котику уже даю, даю, а собачка тоже хочет.

– Собачка не укусит, а я могу, – заявила Василиса. – За преступное разбазаривание копченой колбаски!

Люсе тоже очень колбаска приглянулась. Да и вообще – сегодня удался какой-то на редкость вкусный день, а на сытый желудок так и тянуло сказать что-нибудь приятное гостье.

– Очень плохо, что такие люди по своей профессии не работают, – кинулась она в рассуждения. – Из вас получился бы замечательный искусствовед. Вы так тонко чувствуете человеческую душу, из вас бы такой специалист…

– Люся, тебе же сказали – на фиг кому такие специалисты! – защищала Татьяну Василиса.

– А потому что надо было ехать в Москву! Там много всяких очагов искусства, значит, и место бы нашлось, – упиралась Люсенька. – Вот Лера! Никого не побоялась, села в поезд и «До свидания, мамаша, я теперь уже не ваша!», привет, Москва!

Татьяна только набила полный рот конфетами, поэтому говорить не могла, зато яростно замотала головой.

– Люся, довела человека до истерики! – зашипела Василиса.

Но Татьяна уже освободила рот и обрела возможность говорить:

– С чего вы взяли? Лера и не была никогда в Москве! Это она только говорила так, а на самом деле…

Она вдруг сощурилась и таинственно произнесла:

– Ой, девчонки… Честное слово, прямо не знаю, что делать с Лерой… С одной стороны – надо бы в милицию, а с другой… Она же мне почти родной человек! Вдруг я чего-то не знаю, полезу со своими догадками в милицию, и Лерке не помогу, наврежу только, но чувствую – что-то плохое скрывает подруга… А в милицию все равно идти боюсь.

У Василисы от такого заявления немедленно случился приступ икоты, а на Люсю напал нервный смех.