Альфонс нечаянно нагрянет

Буду твоих ухарей переманивать! А Пашке только попробуй звякни – на свадьбу не приду, потому что мы еще наряды не купили, нам свобода нужна для этого… жопинга!

– Шопинга, мама! Не коверкай русский язык! – пожурила ее дочь, и они расстались на доброй ноте."

"Подруги торопились к телевизору. Они даже не стали ждать автобуса, а решили, что пешочком – оно быстрее.

– Вася, я почти уверена, что та ревнивица, которая своего возлюбленного прикончила, ничего общего с нашими свадебными убийствами не имеет, – рассуждала Люся, пытаясь подстроиться под здоровенные шаги подруги. – И кто так может ревновать? Тамара?

– А почему бы и нет? Даже пусть это не ее по телевизору показывали, но мы ведь должны были продумать и такой вариант! Ревность – чем не мотив? Между прочим, почти треть всех убийств совершается из-за ревности. А Тамара сама говорила, что метила Михаила себе в женихи.

– Ага, но зачем тогда она его прикончила? – не соглашалась Люся. – Я еще понимаю – Валентину, но его?

– А может, не она одна ревновала? Валентину она кокнула, а потом с ее легкой руки кто-то и Михаила туда же…

Василиса торопилась к телевизору. Люся своими маленькими ножками просто не успевала за ней, двигалась перебежками, семенила и в конце концов не удержала равновесия и распростерлась прямо посреди тротуара.

– Лю-юся, ну что-о ж такое? – обратила наконец внимание на подругу быстроногая Вася. – Прямо…

И тут у нее слова пропали. Люсю уже поднимал парень, тот самый, который пялился на их окно, в светлой дубленке, в той же шапке и… и отчего-то удивительно знакомый.

– Молодой человек! Бросьте немедленно женщину и не смейте прикасаться к ней руками! – властно притопнула Василиса модным сапогом. – Ну что такое – нельзя даме урониться, как тут же мужичье налетает! Прям как вороны, честное слово!

– Извините… – незнакомец все же поднял Люсю. Мельком глянул на грозную Василису, потупил глаза и еще раз извинился. – Простите, я не хотел ничего дурного…

И, отряхнув перчатки, быстро удалился за ближайший дом. Прямо-таки удрал!

– Ну, Васенька! Знаешь… – от обиды трясла губами Люся. – Тебя фиг поймешь! То несешься, как скаковая кобыла, не угонишься за тобой, то на порядочных людей налетаешь! Чего на парня взъелась? Завидки взяли, что он мне предложил руку…

– Ага! Еще скажи «и сердце»! – бурчала Васенька, отряхивая подругу.

– Не перебивай! – топнула ножкой Люся и снова чуть не грохнулась. – Я хотела сказать – руку помощи!

– Да! Завидно! И что из того? – вздернулась Василиса. – А тебе, между прочим, не надо было грохаться перед тем самым молодым человеком, который сначала на меня глаз положил! И не моргай! А то, значит, парень выглядывал меня в окно, выглядывал, задирал голову, все не знал, как со мной познакомиться.