Аленушка. Уж попала, так попала

— Буду признательна, — присаживаюсь на соседний шезлонг.

— Жара сегодня неимоверная, схожу за водой. Тебе принести?

— Да, конечно, с удовольствием, — киваю уже уходящей брюнетке.

Сама же вновь осматриваюсь, стараясь запомнить все детали, чтобы описать Риде. Особенно мне нравится множество переходов и ответвлений в этой части, словно муравейник, где за поворотом можно наткнуться либо на залу с камином, либо огромный холодильный короб размером с мою ванную комнату в родном мире.

— Держи, — протягивает стакан одалиска, разлив нам обеим воду из графина, принесенного на подносе. — За знакомство.

— За знакомство, — поддерживаю тост и делаю глоток.

Вода такая прохладная и вкусная, что не останавливаюсь, пока не допиваю.

— Спасибо, — возвращаю фужер девушке, но чувствую, как рука перестаёт меня слушаться, а сама я проваливаюсь в невесомость.

Звон бьющегося стекла — последнее, что фиксирует сознание.

Глава 48

Приходить в себя, когда ни руки, ни ноги не двигаются, да и голову повернуть нет никакой возможности. Даже если желание зашкаливает. То еще удовольствие, скажу я вам.

Жутенько, однозначно.

Божечки, единственное, что работает — это веки. Я могу открыть глаза, но не рот. Я могу видеть только то, куда повернута моя голова, но позвать хоть кого-то на помощь — нет.

Не то комнатка, но очень скромная по размерам и обстановке, не то каморка, где хранятся старые, ненужные вещи, освещается исключительно тусклым светом заходящего светила через маленькое узкое окошко, расположенное практически под самым потолком.

В глаза бросается только щербатый дощатый пол, слева край кровати, заправленной плотным покрывалом, деревянный комод на противоположной от меня стороне и справа кресло-качалка со странной большой круглой коробкой, похожей на шляпную.

Всё.

Я же, по-видимому, лежу на полу, прислонившись головой к стене.

Зарраза! В своём красивом небесно-голубом платье и белых брючках на непонятно когда и кем убиравшемся полу!

В пыли!

Данный факт настолько меня бесит, что я вздрагиваю и на секунду ощущаю свои конечности. А дыхание учащается, как и биение сердца.

Ну и гадина эта Райса!

Найду, налысо подстригу. Такие дикие розыгрыши меня совершенно не устраивают и бесят.

Нет, я не полная идиотка, понимаю, что это не забавное приключение, а очередная попытка от меня избавиться. И молюсь лишь об одном, чтобы никакая ползучая тварь не появилась, попытавшись сожрать или укусить. Я же даже убежать не смогу."

"Пусть рук и ног до сих пор и не чувствую, но нервно стучащее сердце шпарит так, что того и гляди пробьёт грудную клетку.

И неудивительно, живое воображение во всю рисует картины одну страшнее другой. Жутко не видеть всего, что тебя окружает.