Александра. Большая игра. (книга вторая)

Сначала они организованно, а иначе получили бы, кто нагло лез к котлу поварёшкой от повара, что было поварской привилегией, по хребтине, получали в свои котелки завтрак. К каше полагалось два хороших куска хлеба и в глиняную, а кто и в металлическую чай из иван-чая. Воины расселись рядом со мной возле костра.

— Ну как вои, вкусно? — Спросила их. Они только успевали скрести ложками в котелках.

— Вкусно, Ваше Величество. Благодарствуем за заботу. Такого ни у кого нет. Вои сами заботятся о своей еде. — Ответил за всех немолодой воин с сединой в волосах и длинными усами, а вот подбородок был бритым.

— Ну вот пусть у других это и будет, а у меня в армии по другому. Мои солдаты должны быть всегда сытыми, обутыми и одетыми. Содержать себя в сухости и тепле."

"Хорошо поела. Поблагодарила повара, из котла которого брала кашу. Увидела князя Воротынского, Ландмаршала Патера, Георга фон Фрунсберга, князя Долгорукова и ещё несколько высших офицеров. Оставила свою серебряную тарелку возле котла. Я знала, её вымоют и принесут в шатёр.

Подошла к своему генералитету. Хотя генерал, официально, пока был один — Воротынский, но это мелочи.

— Господа, давайте пройдём в палатку к кому-нибудь из вас. В моей дамы спят, в неглиже.

— В чём спят, Матушка Государыня? — Спросил удивлённо Воротынский. Остальные тоже не поняли, что такое неглиже. Я улыбнулась.

— В неглиже, значит в лёгкой одежде. В ночных рубашках. Причём рубашки такие короткие себе сделали, срам один, бесстыдницы такие. — Я продолжала улыбаться, глядя на удивлённых мужчин. Ага, а с кого они пример берут, Саша? Воротынский, наверное, представил себе моих сержант-дам в коротких рубашках и даже закряхтел.

— Балуешь ты их, Матушка. — Проговорил он. Остальные тоже заулыбались.

— Пойдёмте ко мне. — Сказал Ландмаршал.

В шатре Ландмаршала я расстелила карту.

— Итак, господа. Грабёж и бесчинства в городе прекратить. Полковник, — посмотрела на Георга фон Фрундсберга, — это на тебе. Георг, с этого момента город часть Ливонского королевства. И на его территории действуют законы королевства. Если после того, как я войду в город, кто-то из горожан подвергнется насилию и грабежу, татя и вора, который это совершит, повесить немедленно. И не имеет значения кто он и какие заслуги имеет. Я достаточно ясно сказала?

— Достаточно, Ваше Величество. Не беспокойтесь, я прослежу лично. И сам лично вздёрну на виселицу. — Ответил Георг.

— И ещё, пусть приготовят всё для казни. Весь магистрат на виселицу. Войта с бурмистрами четвертовать. Куски этой падали вывесить на стене. Чтобы видели и помнили, те, кто ещё захочет оскорбить меня. На казнь согнать всех горожан. Там же они и принесут мне присягу.

— Я всё сделаю, моя королева. — Ответил фон Фрунсберг и вышел из шатра. Посмотрела на остальных.