Алекс (СИ)

После того, как нам удалось избежать госпитализации, я твёрдо решил забрать Софию и свалить отсюда домой. И чем быстрее я это сделаю, тем лучше! С нас достаточно гор.

Чертов уикенд чуть не стал последним для меня и моей любимой занозы. Невероятным чудом удалось избежать трагедии в канун праздника. Я едва не потерял самый дорогой рождественский «подарок» от судьбы.

Она свалилась на мою голову так внезапно, пленила меня за каких-то пару дней. Лучших и самых безумных дней в моей жизни…

Когда, окрылённый радостью, целовал её на глазах у публики, был спокоен. Прийдя в шале, запаниковал. У меня случился откат. Эмоции, пережитые там, в адском «месиве» вспыхнули с новой силой, и я не смог расслабиться даже после дозы принятого спиртного.

— Собирайся, — сообщаю, опуская со стуком на барную стойку пустой бокал.

Горячий душ не помог мне прийти в норму. Как был напряжен, таким и остался.

— С ума сошёл? Я не хочу никуда уезжать на ночь глядя, — возмущается София, вытаскивая продукты из холодильника. Захлопывает ногой дверцу и с твёрдой уверенностью добавляет:

— Я буду готовить ужин. Располагайся и включи телевизор.

Сгружает контейнера с едой на кухонную столешницу и принимается распечатывать мясо.

— Merda… — не сдерживаю ругательство. Ну что за упёртая женщина?

Когда-нибудь я перегну несносную через колено и выпорю её соблазнительную задницу, что сейчас так заманчиво мельтешит у меня перед глазами, выглядывая из-под края футболки. София после душа надела на себя мою вещь, от чего стала ещё сексуальнее и желаннее."

"Подхожу к ней сзади и заключаю в ловушку, ставя руки на столешницу по обе стороны её талии. Провожу носом по изгибу шеи, едва касаясь мелких волосков. Её кожа тотчас покрывается мурашками. Софи замирает, выпуская нож из руки. Тот с грохотом опускается на прохладный мрамор, а я вдыхаю сладкий аромат, впускаю его в себя, позволяя растекаться по венам.

Похоть мгновенно воспламеняет кожу, разгорается во мне нестерпимым желанием опустить девочку грудью на стол и взять без лишних прелюдий. Так, как я люблю: ворваться резко и глубоко, чувствовать её всю под руками. Чтобы едва дышала подо мной, захлёбываясь острыми ощущениями…

Боль в пояснице не вовремя напоминает о себе, и я всего лишь прихватываю кожу зубами, слегка оттягивая и отпуская. Затем повторяю охрипшим голосом:

— Я сказал, мы уезжаем, — прикасаюсь лбом к её затылку, с трудом подавляя в себе жажду секса. — Что тебе непонятно, малыш?

— Даже не надейся, — ожидаемо протестует, разворачиваясь ко мне лицом. Влажные, заледенелые ладошки опускаются на мои щёки, охлаждая в них жар. — Я не пущу тебя за руль! На сегодня достаточно происшествий. Ты только что выпил.

— Пятьдесят грамм? — хмыкаю я, понимая, что она права, но все же стою на своём.