Алчность

Ресторан был набит битком, но, проходя мимо чуть раньше, Эд приметил пустынный узкий переулок, где устроили свалку. Наверное, он подойдет для того, чтобы они могли уединиться. Они вошли в переулок. Дурацкая улыбка словно приклеилась к лицу Сьюзи, и, заведя ее в темный угол, Эд остановился.

— Итак, сейчас будет сюрприз, — объявил он.

Сьюзи так и сияла от восторга. Она все для него сделает. Все и до конца, подумал он.

Я хочу, чтобы ты сдохла, и немедленно. Сделай это для меня, будь умницей.

— Закрой глаза и вытяни руки вперед.

Она повиновалась.

Эд быстро огляделся по сторонам. Повсюду кипела бурная деятельность, в темноте вспыхивали неоновые вывески, звучала музыка, туда-сюда сновали люди, но никто не смотрел на них. И никого не было здесь, в темном переулке. Дверь черного хода ресторана была закрыта.

— Не открывай глаза… — предупредил Эд.

— О, любимый…

Он достал из кармана тряпку и флакон с жидкостью, приготовленный для жертвы. Затем одним быстрым движением смочил тряпку. Нельзя было терять ни минуты.

Крепко обхватив затылок Тюремщицы, Эд прижал мокрую тряпку к ее раскрывшемуся рту — отвратительному, безгубому, птичьему… Сьюзи извивалась и вырывалась, кашляла, отплевывалась. Эд оттянул ее за волосы и наклонился, чтобы случайный прохожий принял их за влюбленных, слившихся в страстном объятии. Сьюзи продолжала сопротивляться, пытаясь освободить руки, но он стиснул ее железной хваткой.

Женщина попробовала закричать, но ее неразборчивое бормотание заглушала влажная ткань, а глаза испуганно смотрели на него в упор. Судорога, еще один слабый толчок, и вот она ослабла и повисла у него на руках.

Ткань была пропитана хлороформом. Сьюзи потеряла сознание.

Эд подхватил ее и оттащил поглубже в переулок. Со стороны могло показаться, что они танцуют. Сунув тряпку в карман, он проворно достал нож и, все еще удерживая ее, с силой всадил шестидюймовое лезвие ей в живот. Ее кожа легко поддалась. Сьюзи дернулась. Эд с усилием протолкнул лезвие вверх до самой диафрагмы. Он ощутил ожог хлынувшего в кровь адреналина. Эд не подозревал, что убийство Сьюзи принесет ему такое наслаждение — для него она была глупым бесполым животным. Но избавление от нее доставило ему удовлетворение, а металлический запах крови всегда приятно волновал его. Эд улавливал биение жизни. Сейчас он чувствовал себя богом.

Эд оттолкнул тело Тюремщицы, и она упала на груду пластиковых мешков с мусором, ударившись головой о кирпичную стену.

Теперь она казалась почти красивой. Похожей на тряпичную куклу. Раньше Эд не находил в ней ничего привлекательного.

Он наклонился над ней, не замечая омерзительного смрада помойки, и рассек ей горло от уха до уха. Кровь хлынула потоком. Жизнь покидала Сьюзи с каждой каплей, вытекавшей из разверстых ран.