Алауэн. История одного клана

Полдня она пыхтела над свитками, а сразу после обеда посадила меня на шаткий табурет и, наложив заклинание оцепенения, принялась за свое кровавое дело.

Если кто думает, что сделать рисунок на коже так же легко, как и рисунок на холсте, сильно ошибается – тут он рождается на крови. К тому же простой татуировкой драконица не ограничилась, а добавила к вязи тонких линий еще и несколько шрамов. И разве эта зараза подумала сделать мне обезболивающее? Нет, Алла сестра своих братьев – тоже садистка.

Драконица сопела над ухом, пыхтела как ежик, много колдовала и поминутно ругалась.

И вот результат всех стараний на лице, точнее, на руке… ну на плече, куда еще тату делать?

Только кто говорил о наличии у моей подруги фантазии? Заткните ему рот паклей и засмолите – брехал он. Ибо сия неразумная особа изобразила дракона. И не простого, а огненно-красного, оплетающего кинжал.

С громким шипением я бросилась на подружку с четкими намерениями ее придушить. Правда, заранее знала, что силы не на моей стороне, драконица быстро подмяла меня под себя, притом забавно кудахча:

– Алекс, что ты делаешь? Тебе нельзя напрягать руку. И валяться тоже, вдруг какую заразу подцепишь.

– Уже подцепила. Тебя!

В общем, все оказалось не так страшно, как мне показалось в первую минуту.

Да, дракон, да, красный, да, с желтыми глазищами, да, двигается, да, делает попытки покусать. Ну и что такого? Было бы из-за чего скандалить!

– А что? Красиво! Мне нравится.

– Ну и что оно может?

– Чего? Как это – не знаешь?

– Я не знаю, какие заклинания подействовали, какие отторглись, а что вообще поменялось. У тебя ведь ненормальный обмен веществ.

Громко фыркнув, я надела широкую рубаху и вышла из комнаты, направилась не куда-нибудь, а в кабинет ректора. Может, хоть Вилиантиэль знает, что эта зараза чешуйчатая со мной сделала.

Нет, ну она вся в братцев.

Как и ожидалось, за новый эксперимент на мне, родимой, Иаллин так попало, что она про свое большое и светлое чувство вмиг забыла. А уж когда Вилиантиэль погнал нас на плац круги наматывать, быстро вспомнила самые грязные ругательства и тихо бормотала их себе под нос. Возможно забыв, что у эльфа и у меня слух отменный. Но если в случае со мной все обошлось тихо-мирно, разве что с хихиканьем в особо поэтичных местах, где описывалось, как и в каких позах зачинался данный эксплуататор, то эльф медленно закипал.

В итоге, пробегав до самого утра, в комнату мы пришли с рассветом, чувствуя себя моченными в уксусе яблоками. Хорошо еще у меня практика была, стоило бы поблагодарить одного гадкого дракона. Но я делать этого не намерена, вот еще – обойдется.

И вообще, как только в школе прознали о моих способностях боевого мага, расслабиться не давали и на минуту.

Начать хотя бы с физической подготовки.