Алауэн. История одного клана

А разбираться со всем кому? Правильно – мне. Я проворно меняю опасные ингредиенты на правильные, чую как змея, разве что язык не вываливая, а попусту втягивая запах через рот. И решаюсь проверить на себе сомнительное варево, и в результате три дня хожу со вздыбленными волосами оранжево-зеленой гаммы. А уж когда доходит дело до всяких монстров, типа той выросшей до размеров теленка крысы, тут уж выбора нет – Алка их до жути боится и в обморок хлопается.

О количестве пойманных баночек, бутылочек и прочей дребедени с опасными наполнителями я вообще скромно умолчу. Хорошо, хоть реакция у меня теперь отменная, драконица даже не замечает, как сброшенная мензурка с ядом василиска возвращается на стол.

Смотря на эту девицу, я нередко задавалась вопросом: это влияние эльфийской крови или же Алауэн по натуре такие безалаберные чудики?

Когда я впервые, страшно робея, поделилась с ней своими соображениями, Иаллин долго рассматривала меня, а затем сказала непривычно серьезным голосом:

Контраст представшей передо мной драконицы и привычной забавной Иаллин оказался так велик! Я до конца дня ходила под впечатлением, пока она меня не успокоила своим очередным вывертом – моя голову над тазиком, перепутала флаконы и вместо шампуня воспользовалась своим же последним новшеством – эликсиром невидимости. Ну и пока не разработала проявитель, ходила лысая – волос-то не видно! Я скромно улыбалась в сторонке, чувствуя себя полностью отомщенной за свой нежитеобразный вид.

Что же касается меня самой, тут все куда сложнее, чем с драконом-оборотнем.

Ведь чем дальше, тем страшнее. И если первый месяц я как-то умудрялась сдерживать свои новые «таланты», то одна весьма некрасивая вспышка положила конец не только всем моим потугам, но и репутации.

Я сидела за очередным фолиантом, когда в комнату, где в школе помещалась библиотека, влетела Яла, полуэльфийка-полу… боги знают кто, но некромант закачаешься. Таких трупешников поднимает, загляденье, от живого не отличишь. Разве что по навязчивому запашку, но она над этим работает.

– Алекс, чего ты тут расселась, там Мальгольм с Алкой сцепились!

У меня внутри все так и перевернулось.

Мальгольм, как и Иаллин, истинный оборотень, но со второй сущностью здоровенного кошака. Да и в человеческой своей ипостаси мало от него отличается – крепкий, вальяжный, наглый тип. К тому же ловелас и бабник, готовый нападать на все, что движется, а там по обстоятельствам.

Но ни Алку, ни меня попасть в список его постельных игрушек не прельщало. Как будто мало мне домогательств одного оборотня, и этот туда же. Только поздно мы поняли – этот тип словно специально нарывался на желанный отказ, надеясь увеличить вес новой победы. А тут мы, такие мужененавистницы.