Алая гроздь турмалина

И с чего это она кинулась их покупать, ума не приложу.

Так, час от часу не легче. Вызов в больницу был обманкой. Зачем? Какой в нем смысл? Скорее всего, тому, кто организовал звонок, нужно было, чтобы, освободившаяся от работы Беседина поехала не к сыну. Ну да, когда ей звонила подруга, Елена сказала, что будет занята часа полтора, а потом поедет к Мите. Как раз через полтора часа и последовал звонок из больницы. Однако, понятно, что надолго он Елену не задержит. Сколько надо времени, чтобы домчаться до ближайшей аптеки, купить названные препараты и доехать до больницы? Полчаса, максимум. Сколько надо времени понять, что ее обманули, встревожиться и все-таки отправиться к сыну? Еще десять минут.

Все эти рассуждения теснились в голове Дмитрия в то время, как сам он бежал по лестнице вниз с шестого этажа, решив, что так будет быстрее, чем на лифте, а потом до своей машины, оставленной на больничной парковке. По всем расчетам, Беседина должна была уехать из больницы максимум пятнадцать минут назад. Если ехать очень быстро, то он должен успеть до того, как случится самое страшное.

В том, что страшное совсем близко, он не сомневался. Интуиция, позволившая совсем мальчишке начать не самый простой в стране строительный бизнес и достичь в нем высот, давала понять, что операция по поиску неведомого сокровища вошла в завершающую стадию. Люди, которые искали что-то в доме Яковлева, не остановились ни перед убийством, ни перед пытками. Скорее всего, сегодня с утра они обыскали квартиру Бесединой, ведь там никого не было, и ничего не нашли.

Следующий их шаг выглядел вполне логично. Если похитить ребенка, то его мать отдаст все, что прячет, и расскажет все, что знает. Значит, они отправили Елену за ненужным лекарством, чтобы успеть забрать из квартиры этой самой Шуры Митю. Спасла чистая случайность – мальчик увидел в компьютере то, что не предназначалось для его глаз, сделал правильные выводы и сбежал. Ведомый инстинктом самосохранения, не иначе. Вот уж у кого интуиция! Большим человеком станет, когда вырастет.

На бешеной скорости Дмитрий летел по городу, проскакивая, где это возможно, на красный свет. Штрафы, конечно, придут конские, но сейчас это не имело значения. Хорошо, что теперь дэпээсники не дежурят в кустах, и полагаются на камеры, – объяснения с ними и траты спасительного времени сейчас допустить было никак нельзя.

Дмитрий молил бога, чтобы из больницы Беседина не сразу поехала на квартиру к подруге, а сначала вернулась в дом Яковлева за телефоном. Она должна была его хватиться сразу, как поняла, что ее обманули. Она просто обязана была позвонить сыну и, может быть, ему, Дмитрию Макарову, чтобы попросить о помощи. Ему очень хотелось верить, что она бы ему позвонила, если бы могла.