Алая гроздь турмалина

– Все, выходи обратно на дорогу. У меня джип «Вранглер», черный, с номером три пятерки. Не ошибешься.

– Ух, ты, – в голосе Мити зазвучало восхищение. Живущий внутри Дмитрия Макарова мальчик вполне понимал, почему.

Метрах в ста впереди высокая фигурка, таща на поводке лохматого спаниеля, выбралась на обочину дороги. Дмитрий подъехал и притормозил рядом, испытывая нечеловеческое облегчение. Для того чтобы совсем расслабиться, оставалось теперь найти его мамашу.

– На переднее сиденье можно? – спросил Митя.

– Легко. Помпон, а ты забирайся назад.

Собака, встретившая его как старого знакомого, легко вспрыгнула на кожаное сиденье и разлеглась там, явно довольная царившей в салоне прохладой. Язык у пса висел на сторону, видимо, прогулка по пыльной жаре между гаражами не доставила ему особого удовольствия. По уму, собаку надо было напоить, а ребенка накормить.

– Есть ужасно хочется, – словно прочитав его мысли, сообщил Митя, пристегивая ремень безопасности. – У меня всегда так, когда волнуюсь, зверский аппетит просыпается. А мама, наоборот, как начнет из-за чего-то переживать, может несколько дней не есть.

Дмитрий внезапно понял, что делать дальше."

"– Вот что, – сказал он, сорвав машину с места, – сейчас я тебя отвезу к двум прекрасным женщинам. Одна из них – моя мама, ее зовут Екатерина Александровна, а другая ее помощница по дому, Наташа. Они тебя покормят и какое-то время за тобой присмотрят. И за Помпоном тоже. Никто не додумается, что ты можешь быть там, а я пока поеду искать твою маму. Так годится?

– Вполне, – подумав, сообщил Митя. – Я же понимаю, что не должен путаться у вас под ногами. Только вы маму найдите обязательно. Я за нее боюсь.

– Найду, – пообещал Дмитрий.

Главным достоинством его матери было то, что она никогда не задавала лишних вопросов. Оставив на ее попечение ребенка и собаку, он знал, что может о них не беспокоиться. Маме было велено ни в коем случае не выпускать Митю на улицу, и, если Дмитрий не вернется до вечера, выгулять Помпона со всеми предосторожностями должна была Наталья.

– Мы справимся, – с достоинством сообщила мама. – Дима, ты, главное, со всем остальным разберись. Не заставляй меня волноваться и попусту беспокоить твоего брата.

– Я разберусь, – заверил маму послушный старший сын.

С того момента, как он обнаружил забытый телефон Елены Бесединой, прошло всего тридцать минут. Это давало надежду, что он еще застанет ее в больнице у Еропкина. Однако, там его ждало тревожное известие.

– Елена Николаевна уехала уже, – с поджатыми губами сообщил дежурный врач в реанимации. – Как услышала, что мы ей не звонили и никакого лекарства не просили, вскинулась вся и тут же умчалась. Даже не попрощалась. А мы же еще вчера сказали, что все лекарства у нас есть.