Алая сова Инсолье (СИ)

Словарный запас у него был что надо — не от святой же эта падаль переняла сей виртуозный тройной загиб?

Откуда я знаю свинячий язык? А я его не знаю. Потому что тварь материлась не словами, а импульсами темной энергии. Но вполне членораздельно, кстати. Вот как Имран его и понимает.

Еще одна загадка — получается, эта добродетельная светлая душа, пожертвовавшая собой ради спасения друзей, слышит музыку мертвых богов. И даже ухом не ведет.

— Станешь болтать — потоки заблокирую. Будешь просто визжать, как настоящая свинья, наша совушка безглазая ни слова не поймет, доходчиво объясняю? Что? Сам такой. Да не собираюсь я ей вредить!

Пока не собираюсь, да. Так что не вру. И прямо по каналу этой туше в тухлые мозги этой мыслью — н-на! Вот так. Подозревать подвох не перестанет, но и всерьез пакостить погодит. А мне больше не надо.

Конечно, прежде чем взяться за серьезную месть, от кадавра придется избавиться. Никакой поводок мертвых богов не удержит тварь, если она решит, что Имран угрожает опасность. Но до этого момента надо дожить. Я не собираюсь торопиться.

Это моя святая сволочь, моя месть и моя дорога. Сколько хочу, столько и буду идти по ней.

А кабан пусть тащит повозку. Потому что задерживаться в Эхенове — дурь несусветная, к полудню бургомистр и прочие толстосумы очухаются. Захотят «поблагодарить» за упыря от души. Колдовали, знаем. Жадность в «порядочных горожанах» просыпается, как только улетучивается самый большой страх и опьянение — вчера на радостях каждый от души приложился к вину. А сегодня они проснутся похмельные, злые и с похудевшими кошельками. От таких клиентов лучше находиться не ближе пары часов пути.

Тащить святую на своем горбу я не собирался, сама она в своем недолеченном состоянии тот еще ходок, а нормальных лошадей нам тут точно никто не даст ни за какие деньги. Даже ишака не дадут.

Потому и остался лишь один приемлемый вариант: запрячь в маленькую тележку мертвого борова, и пусть он свою драгоценную блаженную катает по всей Аллирии хоть галопом, хоть трусцой, хоть вприсядку.

Как ни странно, против тележки свин не возражал. Только погрыз одну оглоблю и попинал широкие деревянные колеса. А потом снова выматерился — снова на меня. Что-то про упряжь.

Интересно, а с Имран он какими фразами общается? До меня вдруг дошло, что кабан не всегда ругается, он просто так разговаривает, потому что не знает других слов. Тоже достаточно странная особенность, ведь частенько творения перенимают манеру речи создателя. А о некроманте (или просто темном маге), что разговаривает исключительно нецензурно, я точно не слышал.

То ли хорошо прятался, то ли едва вылупился. Если первое — то, видать, недостаточно хорошо. Если второе — даже жаль юного гения, явно ж душевным был парнем, компанейским.