Аквариум. (Новое издание, исправленное и переработанное)

Вот уголком глаза засек того, кто в Аквариуме числится под номером 713. Я видел его только раз, только на маленькой фотографии. Но я узнаю его. Это он. Медленно подношу бокал к губам, гашу улыбку, чуть касаюсь губами хрусталя, так же медленно поворачиваю лицо. Вот он поднимает глаза на меня. Вот наши взгляды встретились. Я изображаю радостное удивление на лице и салютую широким приветственным жестом. Он изумленно оборачивается, но сзади — никого. Он вновь смотрит на меня вопросительно: ты это кому? Тебе! — про себя отвечаю я. Кому же еще? Расталкивая танцующих, с бокалом в руке пробиваюсь к нему.

— Здравствуй! Вот уж не ожидал встретить тебя тут! Ты помнишь тот великолепный вечер в Ванкувере?

— Я никогда не был в Канаде.

— Извините, — смущенно говорю я, всматриваясь в его лицо, — тут так мало света, а вы так похожи на моего знакомого… Извините, пожалуйста…

Я вновь пробился к бару. Минут двадцать наблюдаю за танцующими. Стараюсь уловить наиболее характерные движения: в моей жизни никогда не было времени для танцев. Когда приятное тепло разливается по всему телу, я вхожу в круг танцующих, и толпа радушно расступается, открывая ворота в королевство веселья и счастья.

Танцую долго. Постепенно мои движения приобретают необходимую гибкость и свободу. А может, мне это только кажется. Во всяком случае, на меня никто не обращает внимания. Веселая толпа принимает в свои ряды всех и прощает всем.

Когда он ушел, я не знаю. Я уходил поздней ночью в числе самых последних.

6

Звонок будильника разбудил меня рано утром. Я долго лежу, уткнувшись лицом в подушку. Меня мучает хроническая нехватка времени на сон. И пять часов никак не могут возместить многонедельного недосыпа.

Вспомнив главные события вчерашнего дня, я заставляю себя резко вскочить. Пятнадцать минут терзаю себя гимнастикой, потом душ — жгуче-холодный, беспощадно горячий, снова холодный и снова нестерпимо горячий. Тот, кто принимает такой душ регулярно, выглядит на пятнадцать лет моложе своего возраста. Но не это мне важно. Я должен выглядеть бодрым и веселым, каким подобает быть праздному бездельнику.

На завтрак я прихожу самым первым и погружаюсь в утренние газеты, изображая равнодушие.

Вот к завтраку спустилась пожилая чета. Вот прошла женщина неопределенного возраста, неопределенной национальности со вздорной, не в меру агрессивной собачкой. Вот группа улыбающихся японцев, обвешанных фотоаппаратами. Вот и он. Улыбнулся и кивнул мне. Он узнал меня. Именно ради этого я тут и сижу."

"После завтрака иду в свой номер. Уборка еще не началась. Вешаю на дверь табличку ""Не беспокоить"", запираю дверь на ключ, опускаю жалюзи на окнах и, оказавшись в темноте, с удовольствием вытягиваюсь на кровати. О таком дне, когда никуда не надо спешить, я мечтал давно.