Акула. Отстрел воров

— И они были счастливы? А если счастливы, то надолго? Андрей!

— Да, я внимательно слушаю!"

"— Вы не тот, кто нужен Маше. А она — не та, которая составит счастье вам. Она — сильный и самостоятельный человек, а вам нужен тот, о ком нужно заботиться. Тот, кто нуждается в вашей защите. В опеке.

Ядвига делает паузу. Да, ей бы Станиславский поверил!

— Андрей, вы — лишний человек. Вы нашли себя в жизни, у вас цельный характер, у вас множество разных достоинств, которым можно завидовать, — но вы плывёте против течения. Посмотрите вокруг! Жизнь идёт очень быстро, а вы ещё и подгоняете её, избрав такое направление. При этом вы все понимаете, понимаете даже, может быть, лучше многих других, но продолжаете делать по-своему, потому что считаете это правильным. Я не смогу вас переубедить, это в принципе невозможно, но мне бы очень хотелось, чтобы вы…

— Это она вас послала?

— Типичный мужской вопрос! Нет, она меня не посылала. По крайней мере, к вам. В какой-то степени наша встреча случайна. Будет, конечно же, лучше, если Маша о ней не узнает… Но вы, мне кажется, ей расскажете. Ничего страшного, она меня поймёт. Хотелось бы, чтобы поняли и остальные…

* * *В доме номер 62 на улице Деревенской светилось множество окон. Можно было подумать, что в каждой квартире хозяева принимают гостей.

Свою машину, ставшую излишне приметной благодаря свежим вмятинам, Андрей поставил подальше и прогулялся пешком. Издалека показалось, что в двенадцатой квартире — той самой, где проживает подозрительная студентка, — темно. Подойдя ближе, он заметил, что там все-таки кто-то есть. Или ушли, забыв выключить телевизор: свечение экрана отражалось на оконном стекле, но никаких других бликов или теней не было видно.

Андрей бросил окурок. Расстегнул куртку и потёр грудь в районе солнечного сплетения — мучила изжога от дерьмовой пиццы.

Это его и спасло…

Обернувшись, он увидел Ивана.

Тот сумел подкрасться незаметно. Ещё бы пара секунд, и напал бы со спины — воинственная поза не оставляла сомнений в намерениях.

Голос соответствовал неандертальской внешности:

— Это ты, козёл, здесь про меня вынюхивал?

Вслед за вопросом Иван напал. Он не нуждался в ответе, ему не требовалось уточнений и объяснений. Он привык добиваться своего силой и до сих пор не нарывался на адекватный отпор.

Акулов ушёл с линии атаки и ударил сбоку под колено. Бесполезно, Иван не почувствовав боли и не потерял равновесие. Развернувшись, он повторил попытку. Тактика была примитивной, но действенной. Он молотил руками и ногами, как заведённый. То, что удары идут мимо цели, его не смущало. Рано или поздно он попадёт. Целился в голову и промежность, стремился сократить расстояние, чтобы сцепиться и перевести схватку в партер.

Они вертелись на площадке в три квадратных метра.