Актриса на главную роль

 – И поторопилась договорить: – Стонет на диване в гримерной, ему там оказывают первую помощь.

– Как его угораздило-то? – проворчал Грановский, весь такой недовольный прошагав к выходу.

– Дурачились с Антоновым, читали диалог, взобравшись на стулья, с которого он потом неудачно спрыгнул, – отрапортовала Зинаида Осиповна, примирительно по-матерински заметив: – Все, как обычно: актеры – что дети малые.

– Идемте, Глафира Артемовна, посмотрим, какой ущерб нам и себе нанесли эти малые дети, – пригласил Грановский, распахивая дверь перед Глафирой.

– Ну идемте, – согласилась Глаша, прекрасно понимая, что, труппа, ясное дело, в курсе непроизводственной травмы главного героя и, вот сто пудов, ни один актер не дожидается добросовестно на сцене начала работы, а все толпятся у гримерки пострадавшего, тревожно посматривая по сторонам в ожидании прихода того, кто все уладит, разрулит и укажет, что делать дальше. Дети. Права Зинаида Осиповна."

"Толпились, ясное дело. Кто-то резко выговаривал за глупость, кто-то острил, кто-то посмеивался, кто-то давал ценные советы под руку, все гомонили одновременно, как растревоженные пчелы в улье.

Но вот завидели вальяжно шествующего к собравшимся подчиненным Грановского, и словно всеобщий вздох облегчения прошелся по коридору.

– Ну что опять у вас приключилось, боже ты мой? – спросил и пожурил одновременно по-отцовски худрук, подходя к столпившимся.

Актеры расступились, освобождая пространство у распахнутых дверей. Личную гримерку по понятным причинам имела только Туркаева, остальные же артисты делили гримерки на двоих, а то и на троих. Полонский, например, соседствовал с Игорем Антоновым, который в данный момент, сидя на стуле перед диваном, старательно бинтовал «восьмеркой» щиколотку товарища.

– Да туже клади! – назидательно произнес кто-то из артистов из-за плеча Грановского. – Ты же не бинтуешь, а обвязываешь!

– Это вообще неправильно, – вставила явно волнующаяся Гордеева. – Надо эластичным бинтом фиксировать, простой стопу не держит.

– Где я тебе эластичный возьму? – огрызнулся Игорь.

– Федя! – позвал Грановский Золотова, не утрудившись повернуться к актерам, которые толпились за спиной.

– Я здесь, Тихон Анатольевич, – ЗэЗэ пролез между довольно плотно стоявшими актерами, словно уж меж камнями.

– Сходи к Элеоноре Аркадьевне, возьми у нее эластичный бинт. У нее точно есть, я знаю.

Да все знали, что у нее есть.

Спектакль, который ставила Глафира, был достаточно динамичным по своей драматургии, включал в себя довольно много пластики, движений, физической нагрузки. И Туркаева в профилактических целях фиксировала себе колени, а иногда и стопы эластичными бинтами с первого дня репетиций.