Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Ай-ай, не надо лгать Соне!

— Ваше Величество, как ваш союзник, я требую правды и только правды, — назидательным тоном протянула я и сложила руки на груди. — К тому же, я ваша супруга, а супругу недостойно обижать ложью.

— Я жалею, что похитил вас, — на этот раз искренне ответил Рейн. — Боюсь, вы еще коварнее, чем София.

— Я не только коварная, но еще въедливая, упрямая и вредная. Со мной лучше дружить. Но вам бояться нечего, мы же с вами в союзе. — Я лукаво подмигнула королю и перешла к делу: — Ну, Ваше Величество? Что это был за ворон?

На лице Рейна вновь возникло неопределенное выражение, не дающее понять, то ли он доволен мной, то ли я его сильно раздражаю, то ли он просто в шоке, что связался с наглой требовательной женщиной. Однако мужчина все-таки признался:

— С момента коронации меня преследует ворон. То он клюнет меня, то налетит, то постарается стащить с меня корону… Ворон — это не просто птица. Это дух королевской династии, соединяющий в себе воспоминания и опыт предыдущих поколений правителей. Я не должен был стать королем, и ворон всячески дает мне это понять. Но я уже коронован, и от своей цели вернуть величие Аксару не отступлюсь.

— Вот как… Дух династии — это, конечно, здорово, но корона-то на вас. Вам и решать, как управляться с королевством. Так что не переживайте зря, Ваше Величество, все у вас получится. Просто нужно больше думать и меньше психовать.

— До чего вы прямолинейны! Соня, я пришел к вам, дабы успокоить, приободрить и подготовить к новой жизни, но вы, судя по всему, непробиваемая, и ничего не способно вас испугать! Думаю, вы и сами преспокойно разберетесь со всем, без меня. Я пришлю к вам служанок, а после обеда вас навестят эгуи и расскажут обо всем, о чем вам следует знать. — Король развернулся и спешно пошел к дверям (от меня бежит!), но взявшись за ручку, обернулся: — Не забывайте — вы отныне королева.

Я кивнула. Это точно не забуду!

Аксар обзавелся новой королевой в обличье королевы «старой». Решение Рейна жить со мной, как с женой, всколыхнуло королевство: обычные горожане, три, считали такое решение верхом безумия и называли короля дураком, большинство придворных придерживались такого же мнения, и только малый круг приближенных понимали, что в этом есть смысл.

Меня разметили в недурных покоях и приставили служанок, немолодых и крепких, несколько стражей в черном всегда были неподалеку. Меня не выводили погулять по дворцу, наружу, окон в моих покоях не было, одевали и кормили неплохо, но во всем чувствовалось, что я — заключенная. От такого режима мне хотелось выть в голос, но я сдерживалась, понимая — нужно дать Рейну время разобраться со всем этим, решить, как ввести меня в новый мир.