Акцентор

Я никогда еще не была так напряжена и возбуждена одновременно, а еще я не дышу и не двигаюсь, когда его длинные пальцы останавливаются на расстегнутой молнии, а затем легко проникают под трусики и показательно медленно скользят по моим мокрым складкам.

Меня будто простреливает током. Матерь божья.

Уголки его губ приподнимаются. Он наклоняется и говорит мне прямо на ухо – так громко, чтобы я услышала:

– Мой ангел течет для меня. Это превращается в религию.

Я больно кусаю губу, отворачивая голову.

Черт. Я хочу исчезнуть.

Его палец пробирается дальше, скользит по входу, собирая влагу. О… боже…

– Давай выясним один момент: что заставило ангела возбудиться так, что он испачкал свои бедра и заливает мою руку, – тяжелый запах отбеливателя делает атмосферу еще более темной и зачарованной. Я буквально тону в нем. – Грязные разговоры или асфиксия?

Я собираюсь ударить его между ног, но его сила слишком велика, и он быстро сдвигает нас так, что я не могу пошевелиться. Но его длинные пальцы могут.

Они кружат возле входа, гладят набухшие складки, кружась возле клитора, но не касаясь его – и я буквально молюсь, чтобы они так и не коснулись его, иначе я кончу в эту же секунду, а я не хочу радовать этого подонка подобным зрелищем. Я уверена, его зловещая улыбка достигнет пугающего предела, когда он увидит, как я распадаюсь на его пальцах.

– У моей девочки есть кинки, ну разве это не очаровательно? Мм, вероятно, еще следует рассмотреть принуждение и подчинение. И тот факт, что ты любишь, когда тебя хвалят, – его пальцы крепче сжимают мою шею, он целует меня в щеку, а затем зло усмехается: – Элеонор, твой пульс участился, – он насильно поворачивает мою голову, заставляя посмотреть на него, а затем его губы произносят: – Я становлюсь зависимым.

Одержимость в его взгляде пронзает мои внутренности, и я задыхаюсь от осознания того, что он собирается со мной сделать.

Что происходит с человеком, когда его разум расщепляется?

«Мой потрясающий напуганный ангел… Я, блядь, трахну тебя насухо, если ты еще раз побежишь по лесу одна. Держи окна закрытыми, Элеонор. Иначе клянусь, мой член не покинет твоей киски, твоего рта и твоей соблазнительной проблемной задницы следующие двадцать четыре часа».

Вот что он сказал в нашу первую встречу.

– Если не хочешь узнать меня, ангел, не дай мне догнать тебя.

Ледяной адреналин впрыскивается в мои вены, когда он шепчет мне на ухо приказ и отступает, засовывая руки в карманы.

Он не разрывает зрительного контакта, продолжая наблюдать за мной. Я прекрасно понимаю, что, возможно, у него возникла странная обсессия из-за моих действий в особняке Кингов, и, как только он меня трахнет, все будет кончено.

Он любит играться с сомнительным согласием. Он хочет, чтобы я сказала ему «да».