Акцентор

– Открой рот, Элеонор, – его голос мрачнеет, а карие глаза горят так ярко и маниакально, что у меня сбивается дыхание. – Этот десерт – мое любимое блюдо.

Черт возьми.

Приоткрыв губы, я позволяю его пальцам ворваться в мой рот и облизываю их, чувствуя свои соки.

Это… слишком.

– Хорошая девочка. А теперь… – неожиданно он забирается на рояль так, что он возвышается надо мной, а его колени находятся по обе стороны от моей головы, затем он расстегивает джинсы, и мой пульс подскакивает.

Он ведь не… Боже…

По всему моему телу ползет жар, когда он вытаскивает свой член – огромный и настолько твердый, что мне хочется отшатнуться.

Нежное прикосновение пальцев к моей щеке, и его сумасшедшая улыбка:

– Теперь, ангел, мы будем делать то, что нравится мне.

Мое сердце разрывается от безумной порции адреналина, когда я чувствую, как он усиливает хватку на моем горле. Мои ногти впиваются в его кожу, но безумного монстра это не заботит. Даже близко нет.

– Ты…

– Элеонор, успокойся, – он склоняет голову, как псих. Черт, и улыбается, как псих. А затем шлепает увесистым членом по моим дрожащим губам. Он толстый, с выделяющимися венами и действительно огромный. Я могу вывихнуть себе челюсть. – Не притворяйся, что ты не хочешь попробовать мой член, и что твоя киска не течет сильнее, чем когда-либо.

Я ловлю остатки воздуха, с ужасом ощущая, как между ног собирается влага. Он прав. Вся ситуация действует на меня, как катализатор. Моя кожа нагревается, когда я снова опускаю взгляд ниже.

Нет сомнений, что мне будет ужасно больно не только когда он меня трахнет, но и если я возьму его член в рот, потому что он вряд ли влезет даже на пару дюймов.

Кто-нибудь когда-нибудь умирал от фелляции?

– Открой, – приказывает он. Я зажмуриваюсь, когда капли предэякулята попадают на мой язык, он не прекращает водить своим членом.

Мои познания в минете до печального скудны, но я хочу сделать с ним то же самое. Я хочу свести его с ума. Безумие? Но что означает безумие, если не монстр передо мной?

Мои щеки пылают, и я скольжу ладонью по его члену, не отрывая внимания от потемневшего взгляда. Его мышцы напрягаются под моими прикосновениями, а хватка становится сильнее. Жар затапливает всю мою систему.

Он задыхается.

Из-за меня.

Сильные слезы текут по моему лицу, но я не отвожу от него взгляда, когда медленно обхватываю губами головку, а затем провожу языком, мое сердце колотится. Его вкус аналогичен его сути. Соленый, тяжелый.

Ужасно притягательный и мрачный.

– Блядь, Элеонор, – он стонет и вцепляется в мой затылок, помогая держать голову на весу. – Мой маленький ангел в первый раз сосет член. У тебя такое милое личико. Второй урок за сегодня, мм?

От его хриплого, полного похоти голоса по всему моему телу проходит волна дрожи.