Академия второго дыхания: выход пантеры

Подхватив подол — как мне вообще пришло в голову взять с собой не брючный костюм, а идиотское платье! — я вбежала в комнату, попав уже на завершение веселья.

Помещение было чисто убрано и полностью подготовлено к ритуалу. Темно-синие стены расписаны рунами и странными перекрестьями меловых линий. Особенно много их было на полу, где в центре пентаграммы, окруженный свечами и неизвестными мне артефактами, лежал… блондинистый мистер Сирей, мой несостоявшийся ухажер.

Глаза его крутились странным образом, он подхихикивал окровавленным ртом, совершенно не соображая, что происходит вокруг. Огромный артефактный зуб, обычно уродливо торчащий между губ, сейчас не был виден. В комнате отчетливо воняло гнильцой с резким, сладковато-приторным душком.

Если судить по видимым симптомам, столичный аудитор пребывал под акульим снадобьем. Значит, вот почему он им пах в полиции. Сирея уже начали подпаивать, когда мы встретились в коридоре.

Сейчас аудитор валялся в безумной нирване, а над ним дергался в невидимых путах знакомый крыс Рональд. Ронни — помощник примарха Фороса из клуба «Бура». Два световых луча из артефактов на ладонях Деда точно били в его фигуру, вызывая у оборотня мелкие конвульсии.

Вот же поганец. Преданно слушал Змея, бегал по поручениям, а сам заманивал с Акулой, убивал собственных собратьев по обороту. Вот почему для своих встреч и сделок Акула выбрал «Буру», клуб для оборотней. В любой момент крыс пришел бы ему на помощь. Мог прикрыть и даже вывести тайно, уж свой-то клуб Ронни знал вдоль и поперек.

— Зафиксирован, — довольно сказал Дед и оглянулся. — Что ж, дело не стоило и безголовой курицы.

— Вечно студенты раздуют проблему из ничего, — пробурчал Драгомил. Он наклонился и подергал путы белокурого аудитора из столицы. — Веревки я развяжу сам. А вот клетки… Парень, как тебя, Торш! Обыщи этого неудачника-ритуалиста. Где-то у него должны быть ключи от клеток. А мы с Дедом поищем жезл.

Судьи действовали деловито и быстро, обыскивая комнату. Как будто не сделали ничего особенного. Ворвались, обездвижили, победили. Магическая элита нашего мира. Что б им не прибежать чуть пораньше, к битве с Кентом? Хотя…

Оглядываясь, я поняла, каким количеством вещей было заполнено помещение. Под окнами валялись какие-то мешки и сумки. По углам стояли две крупные клетки. В одной из них лежал Форос, в другой находился совершенно изможденный седой мужчина с запавшими глазами, за пояс тоже обмотанный цепью.

Он поднял голову и хрипло прокаркал что-то неразборчивое. Руки, которыми он держался за прутья, были высохшими, как птичьи лапки.

По моим щекам потекли слезы. Сколько же он тут просидел? У него даже кляп вытащили, понимая, что кричать пленник уже не может.