Академия Ранмарн

 — Это вы свободны избирать и быть избранными, а у нас все…

— И даже если выбрали родители и ты согласна с выбором, — тихо произнесла я, — в любой момент на тебя может претендовать тот, кто по положению выше, и ты обязана подчиниться, да еще и делать вид, что все в порядке и ты счастлива!

Вин и Идит уставились на меня… Из рук Вин выпала бутылка, со звоном перекатилась на камешках и песке…

— Эля, — в глазах подруги, полных искреннего сочувствия, появились слезы, — значит, ты и Шен…

Я судорожно вздохнула, посмотрела на небо, чтобы слезы не выкатились из глаз, и произнесла:

— Два оборота назад отец был вынужден подписать на мое имя традиционное супружеское соглашение, оно вступит в силу через два с половиной дегона… Вот и кончилась моя счастливая жизнь…

Для рабочих, у которых отношения между полами были свободными, и часто женщина в течении дегона меняла нескольких спутников, такое казалось дикостью. Смотрели на нас теперь с сочувствием, агрессивности эти хронически усталые, изработанные парни больше не испытывали."

"— А что сказал Шен? — Это было первое, что произнесла Идит с тех пор, как мы оказались на берегу.

— Шену больно, как и мне, но мы оба ничего не можем сделать… — Посмотрела в сторону и заметила ребят, которые быстрым шагом приближались к нам.

Поднялась, теперь и девочки наших заметили и тоже встали. Вин присела на корточки, поцеловала Ашота в щеку, что-то прошептала на ухо. Не знаю, что сказала, но когда мы уходили, нас никто не задерживал.

Наши встретили нас полотенцами и осуждающими взглядами. Полотенца мы приняли, завернулись, так как неприлично девушкам ходить в купальных ате, но затем прошли мимо них с таким видом, словно это они во всем виноваты.

— Вин, — я догнала подругу, — ты великолепно справилась!

Она чуть повернула голову, подмигнула:

— Ну, Идит ничего не поняла, а ты должна была заметить хоть часть моих методик. Что разглядела?

— Большую часть. Перенос ты хорошо выполнила! Не думала, что мы так от них уйдем.

— Тут главное лидера выявить, — призналась она, — а этот — классический рабочий, мы таких еще в средней группе проходим. Вот с военными я бы не смогла так, а с этими… Пойми, ну что у них есть? Работа, еда, сон, ну женщины минут на десять, больше они из-за усталости и не могут, так как утром вставать затемно, а временем сна дорожат. Все просто с ними, главное — снять агрессивность.

— А мне показалось, что Ашот тебе приглянулся… — произнесла невинно.

— Этот? Ха-ха, Эля, не смеши меня, он же на… даже не знаю, с чем сравнить, но какой из него мужик? Сейчас ему еще и двадцати нет, в двадцать пять пить начнет, к тридцати уже сработанный и взять с него нечего, а до сорока они не доживают.