Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Только эмоции захлестывали, отдаваясь в сердце чем-то волнующим, перекатываясь по телу сладкими волнами истомы. А он тем временем походил по залу, глубоко дыша, остановился, и немного постояв, опять стал двигаться, но уже по-другому. Шаг, еще шаг, скользящее движение — и тело уже на полу, сидит в продольном шпагате. Еще одно движение, текучее как вода — и мужчина опять стоит. Только на руках, и падать при этом совершенно не собирается. Погуляв таким экстравагантным образом по зале, князь на минутку замер, а затем со всего маху бухнулся плашмя о пол. Горничная даже ахнула — тихо-тихо, в самый последний миг прикрыв ладошкой губы. Но ожидаемого удара так и не услышала — вместо громкой встречи с твердыми буковыми досками, предмет ее тайного обожания весьма ловко извернулся всем телом (приобретя на какое-то мгновение удивительнейшее сходство с большим и очень опасным котом), и мгновенно утвердился на ногах. Покачался на носках, с непонятным интересом приглядываясь к ближайшей стенке, после чего весьма резво совершил короткую пробежку. Вначале до стены, а потом, не останавливаясь и все больше ускоряясь, по этой же самой стене ВВЕРХ! Абсолютно не смущаясь тем фактом, что люди обычно по стенкам не бегают. Завершилось все это действо красивым кувырком через голову и уверенным приземлением.

Бум!

Вот теперь соприкосновение с полом вышло звучным. За следующие полчаса на все эти кувырки и перекаты Наталья насмотрелась в самых разных видах. Как только хозяин не изгалялся над собой! Нет, это ж надо: пробежать по стене целых пять шагов, с силой оттолкнутся, удачно приземлиться на руки — и после всего этого досадливо морщиться и недовольно качать головой. Девушке было абсолютно непонятно, ну для чего же такие мучения? И уж тем более непонятно, с чего такая досада. С такой высоты сверзиться и ничего себе не сломать — уже удача немалая, а тут…

Бум!

Непроизвольно вздрогнув от резкого звука, горничная тихо вздохнула, жалея молодого князя. Это ведь не гимнастика, это истязания какие-то! Единственно, что приходило в голову — именно так и выглядят господские причуды. Которые, к тому же, еще и не получаются именно так, как желается. Впрочем, все эти скачки по стенам и валяние на полу достаточно быстро закончились, а на смену им пришло более интересное зрелище. Дюжины полторы пеньковых канатов, свободно висящих на разной высоте, и немного напоминающих своеобразные лесные заросли. И мужчина, танцующий среди них свой завораживающий танец — медленный вальс с коротким клинком. Размеренные движения, перетекающие друг в друга плавно и неторопливо, полузакрытые глаза, словно бы князь прислушивается к тихой мелодии, и только иногда — мгновенный высверк лезвия.