Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Первое — в Русской оружейной компании платят премию за каждого убитого, и служат там в экспедиторах такие душегубы, что просто жуть! Им что курицу зарезать, что человека удавить, разницы почитай что и нетути. Второе — отпускают этих нелюдей потом без суда и следствия, да еще и в камеру к ним знакомцы заходят и выходят, прямо как к себе домой. Ну и третье, что логично вытекало из первых двух — промышлять на железной дороге становилось слишком опасно. Этак полезешь в вагон, а там башку прострелят, уши отрежут для отчетности, и тело где-нибудь на перегоне скинут, чтобы значит, без лишней мороки. Или вообще, ""мокроделы "" эти, сами в вагон кого подходящего затащат. И того. Тышшу рублев за голову! Тут и святой не удержится, куда уж нам, многогрешным… Вот такие вот дела.

А князь Агренев и его экспедитор миновали несколько решеток, втрое больше постов с надзирателями, и вышли на свежий воздух. Воля! Всю сладость свежего ветра и чистого неба над головой, поймет лишь тот, кто хоть пару ночей полежал на арестантских нарах.

— Идешь прямо и никуда не сворачиваешь. Через квартал будет мелкая гостиница под громким названием ""Отель"". Назовешь там свое имя-фамилию, проведут в номер. Все твое там, приводи себя в порядок, жди меня. Вопросы?

— Никак нет, командир!

Глядя вслед Демиду, рванувшему торопливой трусцой к вожделенной бане и мыльно-рыльным принадлежностям, Александр задумчиво протянул.

— Это хорошо, что нет."

"Поглядев на свои наручные часы, освободитель экспедиторов с большим неудовольствием обнаружил, что рискует стать опозданцем. Ну или опоздуном. Что так, что так — все одно нехорошо-с!

— Извозчик! К дому уездного предводителя. Знаешь, где это? Ну так гони, рубль сверху!

За два дня до этого…

Услышав напористый стук в дверь, коллежский советник Ферапонтов проклял тот день и час, когда ему в руки, и соответственно в производство, попало дело о стрельбе и убийстве на железнодорожной станции Ландварово.

— Вы позволите?

Столичный адвокат обладал тактичностью носорога, вежливостью голодного льва и обаянием очковой кобры. Все это дополнялось большим профессиональным опытом, так что общение с ним давалось провинциальному служителю Фемиды очень… Сложно, скажем так.

— Разумеется.

Проследив за тем, как заняли его стул для посетителей, а с ним и часть собственного стола (портфелем, одна стоимость которого уже вызывала язвительную изжогу), следователь счел, что пора переходить к делу.

— Итак, чем могу?

— Один момент-с. Вот, прошение моего клиента.

— Так-с. Освободить до суда, под залог? Хм!

— Именно-с. Я уже переговорил с вашим начальством, они возражений не имеют.