Агония

Зато при Шамрае голова приятно пустела, захлестывала невольная радость, и думать ни о чем не хотелось. Дурость вернулась, толкающая на сумасшедшие поступки.

Несколько недель прошло с их встречи. И все эти дни Регина себя убеждала, что ничего бы у них не получилось, встретились бы еще пару раз и разбежались. Переспали бы. Раз или два. Грустить не о чем. Не стоит оно того. Было и прошло. Даже не было ничего. Каждый должен идти своей дорогой."

"Беда только в том, что их дороги слишком часто пересекались. Сохранять бесстрастность стало совсем невозможно. Их неумолимо тянуло друг к другу, и они оба не могли контролировать свое влечение. Сначала Регина пыталась игнорировать Вадима, потом стала избегать. Находила любой повод, лишь бы им не видеться.

Сегодня собрались поужинать с родителями Влада. Не очень хотелось в этом участвовать, чувствовала какое-то стеснение, но отказываться было невежливо. Особенно если учесть, что в последнее время Рейману она отказывала часто. Сам виноват: нечего везде с собой Шамрая таскать.

— Я еще на работе. Задержусь. Неожиданно тут проблема обнаружилась, — озабоченным тоном сообщил Владислав, позвонив через пять минут после матери.

— Давай не пойдем никуда, — предложила Регина, в надежде, что он согласится. — Было бы здорово провести вечер дома.

— Нельзя. Столик заказан, родители придут.

— Хорошо. Но я тебя дождусь. Одна не поеду.

— Зачем? Вадим за тобой заедет.

— Вадим? Зачем? — глупо повторила его вопрос, не веря своим ушам.

— Не «за чем». А «за кем». За тобой. Я дал ему твой адрес и телефон.

— Что ты ему дал? — спросила тихо, потеряв силу в голосе. — Я могу сама добраться.

— Он все равно на машине.

— Я такси вызову.

— Ему не трудно захватить тебя. Не понимаю, в чем проблема. Скажи, что не так. Он тебя напрягает? Нагрубил, оскорбил? Что? Я заметил, что ты очень остро на него реагируешь.

— Если ты это заметил, зачем нас сталкиваешь? — не выдержала она.

— Скажи, в чем дело, и я решу этот вопрос.

— Ни в чем.

— Регина, — голос стал настойчивее, — скажи, в чем дело.

— Во сколько он заедет?

— Он позвонит.

«Совсем ненормальный», — подумала Регина, положив трубку.

Злилась на Влада за идиотское поведение; на себя — за гулко стучащее сердце и дрожащие руки; на Шамрая — за то, что не могла относиться к нему равнодушно. Из кожи вон лезла, чтобы избежать встречи. Потеряла покой и сон после того, как снова его увидела. Убеждала себя, что это временно, увлеклась, бывает, но пройдет. Совестью мучилась! И Рейман словно нарочно подогревал ее мучения идеальным поведением: заботливый стал и до тошноты нежный, ни придирок, ни претензий.