Агнесса среди волков

У Кати была гостья, и притом такая, которую я никак не ожидала у нее встретить. Это была Алла, приехавшая к Войтенкам просить политического убежища. Она убежала из дома — вернее, от взбешенного Юры. Видимо, даже у моего брата начали сдавать нервы.

Сегодня у компаньонов, к их величайшему сожалению, не было намечено никаких деловых встреч, только Женя должен был заехать к приболевшей Эльвире и взять у нее кое-какие документы, чтобы поработать над ними у Юры дома, — так они договорились, так как у брата оказались неотложные домашние дела. Когда Женя позвонил в их квартиру, то застал содом и гоморру: Юра кричал не своим голосом, младший мальчишка плакал, двое старших прятались по углам, а Алла торопливо натягивала на себя пальто. Она тут же вцепилась в Женю, заявив, что сам Бог прислал его к ним в эту тяжелую минуту. Окинув бурную сцену критическим оком, Женя предпочел отдать папку с документами Юре и, захватив с собой Аллу, повез ее к себе в Ясенево.

Оказывается, Юра с Аллой давно собирались приобрести книжную стенку, но все откладывали, надеясь, что скоро разбогатеют. Но богатство откладывалось на неопределенный срок, и Алла наконец купила самую дешевую, российскую разборную стенку. Позавчера ее привезли, а вчера вечером Юра принялся ее собирать. Руки у моего брата хорошие, но ему пришлось повозиться: стенка была сделана явно по-советски, отверстия на разных деталях не совпадали, шурупы не лезли в дырки… Он работал четыре часа и все-таки ее собрал и оставил на полу гостиной, сегодня ему оставалось только ее поднять и придвинуть к стене. Увы, с утра Алла его попросила сходить в магазин, а когда он вернулся и принялся поднимать стенку, она развалилась в его руках на множестве отдельных дощечек… Юра тут же провел расследование и выяснил, что дети играли в гостиной в лабиринт (а лабиринтом, естественно, служила злополучная стенка), причем с разрешения и ведома мамы. Они вывернули все шурупы… Женя явился в самый кульминационный момент разбирательства, когда Алла решила дезертировать, оставив напроказивших шалунишек одних на поле брани.

Алла никогда особенно не любила ни Женю, ни тем более Катерину, поскольку та была моей подругой, но прекрасно понимала, что ради мужа надо по крайней мере терпеть его друзей, а ради общего дела и стараться поддерживать с ними хорошие отношения. Когда она ставила перед собой какую-нибудь задачу, то выполняла ее прекрасно. По дороге она успокоилась, и я застала ее уже улыбающейся; мы втроем дружно посмеялись над происшествием, и даже серьезный карапуз Костя поулыбался вместе с нами."

"Как же некстати приехала Алла! При ней я не могла поговорить с Катей. Мы с Аллой улыбались друг другу, как лучшие подружки, и я надеялась, что достаточно умело скрываю свое нетерпение.