Агент таурель-класса

Что я скажу Арх-хану? Что мне очень срочно и это вопрос не менее важный, чем управление кланом? Или выдать сразу с порога, что я не совсем та, за кого он меня принимает?

– …Арх-хан, я думаю, стоит устроить хайду уже сегодня вечером. Принцесса клана Медных лисиц просила передать, что рассчитывает на тебя, Лехои, Харца, Терекха… Мы всё обговорили, я объяснил, что Терекх покинул планету.

В первую секунду мне показалось, что я ослышалась, но голос Шонхорна сменился глубоким тембром вождя:

– Да, конечно. Спасибо, что напомнил.

– Какую спальню велеть подготовить?

– Как обычно, самую просторную над этим залом.

Я наступила на каблук слишком резко, и голоса за дверью смолкли. Очевидно, услышали. Что ж, будет глупо дальше стоять под дверью.

Шонхорн опирался обеими руками на столешницу, а вождь клана стоял к нему спиной и смотрел в окно, будто любовался цитаделью, швархи бы его побрали! На удивление, в этом просторном зале больше никого не было. На мой возглас Арх-хан обернулся. На его лице промелькнула улыбка, но быстро потухла.

– Я так рад, что ты наконец очнулась, Лейла.

– О какой хайде только что шла речь? Мне казалось, цветение ракхаши у вас раз в год.

Мы ничего друг другу не обещали толком, но всё равно я не смогла сдержать дрожь в голосе. Мой мужчина – хотя мой ли? – нахмурился.

– Шонхорн, оставь нас вдвоём.

– Мой вождь… – зарычал бывший советник, бросив на меня беглый взгляд.

– Оставь, – с нажимом повторил Арх-хан.

Шонхорн шумно выдохнул, но, больше не споря, покинул зал. Стоило тяжёлым дверям захлопнуться, как Арх-хан начал говорить:

– Да, Лейла. Раз в год проходит общая хайда в честь Духов Предков, а эту назначила принцесса соседнего клана. Вспомни, я тебе рассказывал. Принцесса хочет зачать достойного сына от сильнейших воинов, и так как она выбрала и меня в том числе, это мой долг перед расой – участвовать в её хайде.

Несмотря на мягкий, почти ласковый тон вождя, я почувствовала, как пол ускользает из-под ног, и схватилась за спинку ближайшего стула.

«То есть, пока я приходила в себя, он рассчитывал, что займётся сексом с какой-то неизвестной ларчанкой, а потом сделает вид, будто ничего не произошло?»

Во рту внезапно стало сухо и горько, как в проклятых Сухих Песках, где я не так давно надышалась ядовитых испарений. Я даже позабыла, с какой целью шла в этот зал. Всё мгновенно перестало иметь значение – цварги, хтэрры, СБЦ… В висках стучала лишь одна-единственная мысль, что для мужчины, в которого я успела безответно влюбиться, мои чувства не значат ровным счётом ничего.

Неужели всё, что между нами было, с его стороны лишь простое физическое влечение?..