Агент немецкой разведки

– Тогда пишите, – положил Хромченко перед ним лист бумаги и карандаш: – Я, младший сержант Сысолятников…"

"Василий Иванович продиктовал все, что по принятой форме должен был написать новоиспеченный осведомитель, предупредил его об ответственности за разглашение только что состоявшейся тайны, мгновенно ставшей государственной, и провел краткий инструктаж с поставкой текущих задач и четким обозначением обязанностей. После чего отпустил младшего сержанта Сысолятникова в расположение подразделений полка. Так секретарь полковой комсомольской организации Иван Сысолятников стал агентом отдела военной контрразведки НКВД.

Сысолятников, получивший с легкой руки старшего лейтенанта Хромченко оперативный псевдоним «Сысой», сообщал ему обо всех сомнительных разговорах солдат, что удалось услышать и даже подслушать. «А в нашем оперативном деле для выявления врагов все средства хороши, – не однажды говорил ему Василий Иванович. – Ты думаешь, война только на поле брани, там где снаряды рвутся? Ничего подобного, она идет и по эту сторону окопов». Комсорг старательно информировал «особиста» о настроениях солдат и командиров, благо, что по своей комсомольской должности младший сержант Сысолятников мог бывать в любом подразделении полка. Несколько формулярных дел, что перешли из рук Хромченко в руки младшего лейтенанта Егора Ивашова, заведены были именно по донесениям Сысоя.

Весной сорок третьего года, во время личного приема комсорга-осведомителя, старший лейтенант Хромченко поручил Ивану Сысолятникову обратить внимание на назначенного в марте помощником начальника штаба по личному составу Павла Степановича Олейникова, только-только получившего звание капитана. Сысой за время пребывания в агентах-осведомителях уже перестал удивляться приказаниям старшего лейтенанта Хромченко и просто ответил:

– Есть!

Он стал чаще бывать в штабе полка, оказывался в том же подразделении, в котором по делам службы находился капитан Олейников, и вскоре на стол Хромченко легло донесение Сысоя о том, что ПНШ-4 частенько отлучается из расположения полка и ездит в освобожденную Суджу, откуда он родом. Это был уже не сигнал, а крепкая зацепка для заведения формулярного дела на капитана Олейникова и его оперативной разработки. Чем старший лейтенант Хромченко, сделавшийся к тому времени оперуполномоченным контрразведки «СМЕРШ» полка, и стал заниматься.

Гибель Василия Ивановича добровольный осведомитель Сысолятников воспринял как крушение надежд. Он уже мыслил себя героем, разоблачившим вражеского агента (ну, или, во всяком случае, крепко подсобившим военной контрразведке по раскрытию шпиона).