Афганский рубеж 4

Всё же, мне известно, каким он будет по итогу через много лет. Но и сейчас внешний облик Ми-28 не имеет больших отличий от его будущих модификаций.

Оснащён высотными двигателями ТВ3–117ВМА мощностью по 2200 л. с. Выхлопные устройства стали эжекторными, а главный редуктор претерпел изменения в конструкции. А ещё винт теперь Х-образный, то есть четырёхлопастной.

— Товарищ капитан, разрешите… — подбежал ко мне оператор, с которым я только что летал по маршруту.

Это был лейтенант, попавший служить в моё звено из Саратовского училища в прошлом году.

— Давай без уставщины. Как сам себя оцениваешь? — спросил я.

Лейтенант стал зажиматься и сутулиться.

— На «хорошо».

— Это оценка. А по ошибкам? Насколько ошибся с курсом, когда вышли на первый поворотный пункт маршрута?

— На… 4 градуса?

— На 8. Ещё какие были ошибки?

— Время неправильное рассчитал выхода на конечный пункт. Ну и далее по списку. В общем, незачёт, верно? — спросил паренёк, но я одобрительно его похлопал по плечу.

— Научишься. А пока, пошли в курилку. Заодно и ошибки обсудим.

— Так вы ж не курите? — удивился лейтенант.

— И что? Я в курилку не могу зайти⁈ — посмеялись мы с ним.

Мы поблагодарили техсостав и направились со стоянки к домику эскадрильи. Я надел лыжную шапку, чтобы голову не застудить. А вот лейтенанту такой элемент гардероба пока не разрешается. Вот он и шёл рядом в шлемофоне.

— Читали «Правду»? Про американцев в Гренаде?

— Чему тут удивляться. Право сильного никто ещё не отменял, — ответил я, когда мы зашли в курилку.

Лейтенант достал пачку «Космоса» и закурил.

— Просто читаешь и не понимаешь, как они так могут. Там Гренады той меньше нашей области, а они там целый флот подогнали. Уже не говорю, что это против всех законов.

Паренёк всё верно говорит. Правители страны «флагмана демократии» любили решать проблемы с помощью большой дубины. Надуманный предлог, распиаренная в СМИ операция и не самый лучший итог. Пускай и победный.

— Вы что думаете? — спросил лейтенант.

— Мир крайне сложен. Нас с тобой учили, что все равны, везде царит закон и порядок, а мы на пути развитого социализма и перемен.

— Это вы про июньский пленум этого года? Я, кстати, конспект написал. Замкомандира по политчасти проверил, — протараторил лейтенант.

— То что конспект написал — здорово. Но я о другом. В мире не работает закон «можно-нельзя». Есть только алгоритм «можешь или не можешь». Ну а мы не такие.

— А какие мы? — спросил лейтенант.

Как с сыном разговариваю. Ну, раз начал, стоит и закончить.

— Мы спасаем наш «голубой шарик» от всяческой несправедливости, — подмигнул я лейтенанту.

Политинформирование пришлось закончить, когда мимо курилки шёл полковник Медведев в надетой подвесной системе. На голове уже был шлем, а кожаная куртка наполовину расстёгнута.