Брачная афера, или Целительница в бегах

В одно мгновение решила сломать свою жизнь, лишить себя будущего и все из-за чего? Из-за подружки, которая оказалась удачливее тебя и сумела вовремя лечь под Кирана?

— Папа! — ахнула я, не в силах поверить, что он говорит такое.

— Мужчины изменяют, Миранда. Но это не причина, чтобы так поступать.

— Ты тоже? — не выдержала я. — Ты тоже изменял маме?

Это было не мое дело, а потому не стоило и спрашивать. Тем более что я не хотела услышать ответ. В любом случае, он мне не понравится. Однако сказанного не воротишь.

— Это тебя не касается, — отрезал отец, а потом, видимо, решил немного смягчить возникшую ситуацию и более миролюбиво добавил: — Миранда, пойми, мы с матерью не заставляем тебя простить Кирана. Хотя он парень хороший и очень тебя любит. Но и здесь тебе остаться я не позволю.

Ну да, на словах все звучало красиво. Но я прекрасно понимала, что это лишь слова. Пройдет немного времени и начнется давление. Оно уже начиналось. И мое мнение при этом никого не волновало.

— А если я не захочу уезжать?

Он застыл на мгновение, а потом тихо ответил:

— Что ж, я не хотел этого, но ты меня вынуждаешь.

Папа достал из внутреннего кармана небольшой лист бумаги.

— И что это? — мгновенно напряглась я.

— Решение верховного целителя Мордака, в котором он признает тебя недееспособной, — спокойно пояснил он.

У меня в буквальном смысле оборвалось сердце.

— Что?

— В связи с нервным срывом и тяжелыми обстоятельствами ты признаешься неспособной трезво оценивать свои возможности и принимать решения, поэтому полностью переходишь под опеку своего ближайшего родственника. Раз ты не замужем, то под мою опеку.

Я просто не могла поверить, что папа, мой любимый и дорогой папа сотворил такое.

— Но это неправда.

— Ты не можешь этого доказать и подать прошение ты тоже не можешь. Ты же недееспособна.

— Ты же понимаешь, что это сломает мне жизнь, — едва слышно прохрипела я. — Что из-за этой бумажки меня больше никогда никуда не возьмут. Моей карьере целительницы придет конец. Кто захочет вверять чужие жизни сумасшедшей?

— Тогда не доводи до этого, Миранда. Поехали, и эту бумагу никто и никогда не увидит, — потребовал отец, убирая злосчастный листок на место.

Я понимала, что он не шутит. Я теперь принадлежала ему, и этого не изменить. А потом господин Хоуп так же легко и просто выдаст меня за Кирана и передаст ему опеку, как мужу.

«Мужу… муж, который будет иметь больше прав, чем родители… Ну, конечно! Это мой шанс на спасение! Надо только… очень быстро найти кого-то, кто сумеет дать им отпор. Сильного, смелого, решительного… наделенного властью!».

Среди моих знакомых имелась лишь одна кандидатура на эту должность.

— Я поняла, у меня нет выбора, — старательно выговаривая каждое слово, согласилась я. — Хорошо. Ты выиграл.